Развлечения для очень взрослых девочек (СИ)

Куда она теперь без этого невозможного мужчины? Без его пугающей откровенности и безудержной любви. Куда она без этой девочки? Хрупкой, но очень сильной. Мудрой не по годам. И уже завтра у них будет одна фамилия.

Свадьба завтра. Очень странно. Она почему-то совсем не волнуется. Первый раз тряслась, как заяц. Надо вообще прекратить сравнивать. Ничего общего нет у "тогда" и "сейчас". Хотя есть вариант, что её маме снова платье не понравится. "Тогда" это очень волновало Лёлю. Сейчас не очень. Разве что чуть-чуть.

Платье они выбирали с Кирой.

Кузьмин покорно не пытался подсмотреть. Чтобы, тьфу — тьфу-тьфу, не сглазить. И чудесное платье жемчужного цвета, длинное, с рукавами-фонариками, они увидели сразу. Никакие другие даже смотреть не стали. Подобрали только пояс, туфли и цветы в волосы. Никакой фаты.

Больше всего на свете сейчас хотелось забраться к Шуре на колени. Обнять за шею изо всех сил. Прижаться крепко-крепко. Почувствовать его пальцы в своих волосах. Губы на своей коже. Ничего другого не надо.

Она прошлась по пустой квартире.

Погладила ладонью платье. Поставила чайник. Надо выпить чаю, съесть что-нибудь лёгкое. И лечь. Завтра с утра ещё волосами заниматься. Чай не пился. Овощной салат застрял в горле. Лёля сдалась и сделала бутерброд с копчёной колбасой.

"Шурка, я соскучилась. " — написала просто так.

Можно было конечно позвонить. Но у него там Йохен рядом и Катя ещё не спит.

На второй бутерброд положила помидорки и лист салата. Подумала. Добавила сыр. Добыла из серванта маленькую бутылочку шампанского Абрау-Дюрсо.

Вспомнила, как покупала в "Пятерочке" такие маленькие бутылочки. Эту в прошлом феврале, когда от одиночества, темноты и холода было особенно тоскливо. Одной много не надо.

Свет фар под окнами и странно-знакомое шуршание шин.

"Спускайся. Я внизу. "

Лёля охнула. Стала натягивать спортивный костюм. Выскочила бегом, не завязав кроссовки. Кузьмин стоял возле машины. В руках одна длинная роза и кулёк.

Она запрыгнула к нему на руки с разбега. Он поймал. Роза была без шипов.

А в маленьком пакетике лежали батончики "РотФронт".

— Мы их с Серёгой называем "Лёлины конфеты". Ты меня тогда угостила, помнишь?

— Ещё бы. Конечно. Ты приехал…

— Я очень хотел тебя увидеть.

— Йохен с Катериной прекрасно варят пельмени. И общаются по-немецки. А женимся завтра мы с тобой.

— Точно. Или передумала?

— Не-а. И мне немного стыдно, что я такая счастливая. Мне кажется, нельзя быть счастливее меня.

— Солнце моё, я, знаешь, тоже сам себе завидую.