Развлечения для очень взрослых девочек (СИ)

Мой кабинет справа в конце коридора.

Голос ровный, почти равнодушный.

Лёля стала собираться. Подошла к зеркалу. Пригладила медные кудри. Очень старалась не спешить. Через силу медленно побрела мимо прогуливающихся будто по бульвару больных. Миновала весь длинный больничный коридор. В этом крыле она ещё не была.

Табличка на правом кабинете: "КУЗЬМИН А. Е. заведующий отделением". Лёля перечитала ещё раз. Заведующий? Он?

Видно успокоительные тут были мощные, раз мозг так размяк. Ну, конечно же. Он решит, что могут интерны.

И санитрака появилась после его визита и заглядывания под кровати. Значит, "ахтунг " всё же был. И это его вызывали в приемное и операционную. А не этого индюка Краснова.

Лёля обнаружила, что стоит, взявшись за ручку двери, уже порядочно.

Кабинет вдруг открылся изнутри. На пороге с той стороны стоял Кузьмин. Лёля глянула на него снизу вверх. Прикинула, какого же он роста. До этого было ясно, что высокий. Но рядом с её метр шестьдесят, это было особенно заметно.

— Метр восемьдесят восемь.

— Вы же мой рост сейчас прикидывали в уме?

Лёля покраснела и опустила голову.

— Заходите, Ольга Владимировна. Садитесь вот туда. На диван, — сделал приглашающий жест Кузьмин.

Лёля просеменила к дивану. Уселась. На низком столике стояло два высоких пластиковых стакана с рубиновой жидкостью внутри. И лежало два свертка, укутанных фольгой.

Александр Евгеньевич уселся в кресло с торца.

Склодовская снова на него уставилась.

— Ольга Владимировна, я уменьшу дозу успокоительного.

Налетайте!

— Это хачапури. Или уже не хочется? К ним бы вино. Но Вам нельзя. Да и у меня ещё рабочий день. Так что свежевыжатый гранатовый сок. Ваше здоровье! — поднял станак Кузьмин и принялся раскрывать свёрток.

Запах стоял умопомрачительный! Горячие румяные "лодочки" с сыром и яичным глазом посередине. Лёля снова уставилась на Кузьмина.

Он ел. Своими длинными красивыми пальцами отламывал хлебную часть, макал в яйцо. И сосредоточенно жевал.

Она вспомнила, что доктор не успел позавтракать. Тоже отломила корочку, макнула и не удержалась — застонала тихонько, так это было вкусно. Это ведь замечательно — получить желаемое. Не завтра, не через год. А вот сразу. Сейчас.

Теперь Кузьмин смотрел на свою пациентку. Разглядывал кудрявую прядь, сбившуюся на лоб. То, как она поправила волосы. И как с наслаждением ела, ничего из себя не изображая. Жмурясь от удовольствия, как рыжая кошка на солнце.