Развлечения для очень взрослых девочек (СИ)

Кира привезла мягкий спортивный костюм, короткий халат на молнии, футболки, белье, носки, туалетные принадлежности и даже фен. Помогла сходить в душ.

Но стоило каблучкам подруги стихнуть, на Лёлю накатило. Хотелось пожалеть себя и на ручки. Хотя на руках её минувшие сутки носили больше, чем последние десять лет.

Стоило расслабиться и из-за причины её вчерашних волнений. Пропавшая вчера пятиклассница Аня Феоктистова нашлась. А они обегали вчетвером все окрестные дворы, залезли в каждую подворотню и даже в открытые люки.

Девочка, оказывается, была у бабушки, куда ушла самостоятельно после бурной ночной ссоры матери с сожителем. Наутро мамаша протрезвела. И утверждала, что дочь ушла в школу. На уроках ребёнка не было.

О наличии в жизни Ани бабушки по папиной линии, с которой, оказывается, ребёнок сохранял самые тёплые отношения, её классный руководитель не знала. Но несла за жизнь и здоровье ученицы уголовную ответственность.

Лёле хотелось кефира и конфетку. Но кефир стоял, как положено, в холодильнике в коридоре.

Подписанный готическими буквами рукой Киры. "Чтоб точно никто не перепутал". В коридор топать сил не было совсем. Конфетка обнаружилась в тумбочке. Лёля зашелестела фантиком.

— Ну что ты все шуршишь? Спи уже, — отозвалась в темноте соседка. В голосе не было ни тени злобы.

— Конфетку захотела. Будете?

— Батончик Рот-Фронт.

— А давай! Лежи только, я сама подойду.

Большая фигура приблизилась.

— Меня Елена Михайловна зовут.

— Ольга Владимировна. Но можно Оля.

Вдвоём они дожевали конфеты.

Почти синхронно запили водой из чашек на тумбочках. Соседка почти сразу уснула.

А Лёля ещё какое-то время разглядывала, как мелькают в коридоре тени. Слушала шаги. Пока её окончательно не сморило.

Рано утром на пороге появился наконец высокий молодой доктор. В хирургическом костюме яркого синего цвета. Светлая широкая улыбка.

Лёля синхронно с Еленой Михайловной просияли в ответ. Доктор бросил быстрый взгляд на Склодовскую. Коротко кивнул. Но подошёл сначала к её соседке.

Разговаривал тихо.

Мягко. Считал пульс, поставив длинные пальцы на запястье и глядя на свои массивные часы. Лёля не могла удержаться. Разглядывала из-под опущенных ресниц. Ждала своей очереди.

И даже начала волноваться, а вдруг он не подойдёт. Вдруг это лечащий врач Елены Михайловны, а ей положен Виктор Алексеевич Краснов и его подлиза Вересова.

В палату заглянула санитрака, снова громыхнув ведром. Увидев врача, спешно ретировалась в коридор, подозрительно тихо закрыв дверь.