Если мы подадим заявление, и претензий не будет, разведут нас быстро. Артем, я ни на что не претендую, еще раз повторяю. Понимаю, лечение может быть сложным, а еще вы второго ребенка с Полиной завести хотите…»
Я: «Я претендую! На тебя!»
Аня: «Поговорим, когда поймешь, что все кончено»
Я: «Развод не получишь! Я не согласен!»
Аня: «Значит, нас будут через суд разводить. Надеюсь, твой сын вылечится…»
Зачем она это делает? Напоминает… о причине, рассорившей нас. Я уже сам не рад и не знаю, так ли я хотел всего этого!
Проигнорировав просьбу Ани писать, наговариваю голосовое:
— В горе и в радости, в болезни и в здравии.
Кажется, так клянутся. Когда все было хорошо, ты была рядом. Начались проблемы, я попросил тебя не вмешиваться, обещал, что решу! Но ты сделала по-своему и… все, чего я прошу, дать мне время! Черт подери, я тебя впутывать не хотел, а ты… спешишь. Кто тебе сказал, что я буду заводить второго ребенка с Полиной? Сама Полина? Меня ты послушать не хочешь, а? Черт.. — шиплю. — Я вообще хочу сына в другую клинику отвезти, другим специалистам показать, понимаешь?
Рядом с ее аватаркой появляется значок карандашика.
Аня долго-долго пишет что-то, и я вглядываюсь до боли в этот значок, а потом…
Приходит сообщение:
Аня: «Я подам заявление. Прошу, не усложняй»
Выматерившись вслух, прячу телефон в карман, влупив ладонью по стене несколько раз.
— Тема, сыночек, к нам в гости кое-кто заглянул… — зовет мама, и я слышу, как Полина здоровается с отцом.
— Зачем?
— Как зачем? — теряется мама.
— Денис сказал, вы с Аней разбежались, а Полина места себе не находит… Мы решили ее позвать на ужин, надо сплотиться, если такая беда.
Денис сказал?! Какого черта?!
Глава 24
Глава 24
Он
Мой слух режет словами: «Денис сказал, вы с Аней разбежались!»
Когда он подсуропить успел?!
— Еще ничего не решено, мама. Преждевременные выводы… — отвечаю, скрипнув зубами.
Полина любезничает с отцом, он хвастается перед ней новым кораблем в бутылке. На старость лет отец завел себе хобби, краем уха слышу, как Полина замечает:
— Дима обожает морскую тематику.
Он будет в восторге увидеть такое чудо.
Отец от гордости раздувается, мама видит это и поглаживает меня по локтю, отводит в сторону со словами.
— Прости меня, господи, — крестится. — Но, как говорится, не было счастья, да несчастье помогло. Я про тебя, Димочку и Полюшу…
— Про Полюшу?! — усмехаюсь. — Надо же! Давно вы к ней с отцом так прониклись, а помню, ругали..
