Развод. Без права на ошибку (СИ)

Только двум широкоплечим мужчинам оказалось под силу разнять бывших подружек.

— Разошлись! Живо… — командую негромко.

Разглядываю кумушек — они выглядят как помесь общипанной курицы и драной кошки. Прически растрепанные, на полу валяются волосы, вырванные целыми пучками. У Полины разбитая губа, у Ермолаевой кровавая царапина тянется через все лицо и глаз сильно заплыл.

— Красотки. С одной помойки. Ты о сыне думаешь, шалава? Или только о том, чтобы свою манду в тепле и сытости держать? — уточняю я.

Тру лицо. В глубине души я даже рад, что Аня всей этой помойки не коснулась. Моя девочка… Любимая, хорошая, чистая моя.

Как вспомню ее приход в больницу — я тогда разозлился, а она… просто от всей души пожалела Полину и хотела как лучше.

Снова на меня накатывает сожалением, в грудной клетке на места сердца — камень, нутро леденеет от ужаса: на что я ее променял?

Как мог быть ослеплен? Кретин!

Что, если ничего не исправить?

От этой мысли меня накрывает ужасом, словно я под могильной плитой заживо похоронен оказался и не могу выбраться из-под нее.

С трудом стряхиваю негативные мысли.

— Денис в курсе?

Полина вполголоса переругивается с Ермолаевой, продолжая осыпать ее гадостями.

— Эй, — треплю гадину по щеке. — Ты с братом моим трахалась. Так? Денис в курсе, что ты от него залетела?!

— Нет!

— Но ты все поняла, так?

С трудом держу руку на ее лице, пальцы крепко обхватили подбородок, скользкий от капель крови и пота со слюной.

— Ты все поняла, когда увидела эти анализы. Увидела и продолжила играть свой мерзкий спектакль. Почему же Денису не рассказала?

— Потому что… Какой от него прок? Он сам не прочь устроиться в теплое место.

— Видно, вы здорово повеселились.

— Это была ошибка.

— Я уже это слышал.

Брезгливо отдернув руку, я вытираю ладонь о бумажную салфетку, силясь подобрать слова. Но они ускользают, в голове только хаос. Мысли мятежные, темные. На ум мне ничего хорошего не приходит.