Развод. Боль предательства

Хочу прочувствовать эти последние мгновения. Болезненные до слез.

Он отпускает, нужно и мне отпустить его, правда? Или не нужно?..

Бог мой, что мне делать?

Глава 47. Какого цвета?

Все же один вопрос остается не совсем понятным для меня. Да, может, пустяк, но хотелось бы прояснить. Да просто хотя бы для себя.

— Кирилл, я все-таки не могу понять одну вещь — раз я так важна для тебя, и ты меня любишь, почему ты все же пошел в номер с Юлей? Да, я знаю, что ты не помнишь. И мне понято, что от выпитого у тебя отказали тормоза, но все же это было твое решение.

Что за этим стояло? Может, тебе чего-то не хватало? Я просто пытаюсь понять, какие у этого решения могли быть причины? Это ведь странно, ты так не думаешь?

— Странно, — кивает он. — Нет никаких причин, Ксюш. Это какой-то абсурд. Я поначалу даже не верил, что и правда сделал это. Ну, сейчас-то глупо не верить, когда выяснилось, что она беременна, и что ребенок от меня. Но тогда я реально сомневался, хотя и были все доказательства.

Думал, может, она специально все это организовала. Ну, знаешь, напоила до отключки и потащила в полубессознательном состоянии в номер. А потом просто все так вывернула, якобы я с ней спал. В пользу этой версии было одно явное противоречие.

— Какое?"

"— Я же ничего не помнил, а значит, совсем невменяемый был. Как бы я мог в таком состоянии что-то с ней сделать, да еще и три раза, судя по количеству резинок на полу? Мне это кажется просто физически невозможным.

Да, я кое-то помню — размазанную помаду на губах и грудь ее еще перед лицом. Прости, Ксюш. Ну, просто раз уж говорим так откровенно, то я тебе все рассказываю. Больше ничего не помню. Это, вроде бы и доказывало, что контакт был, но почему-то не полностью меня убедило. Поэтому я даже съездил в тот отель спустя несколько дней. Уж больно мне покоя не давал тот факт, что не помню ничего.

— Зачем ты туда поехал? — не понимаю я.

— Камеры посмотреть. Ну, думаю, вдруг бы увидел там что-то странное.

Ну, например, что она меня туда почти волоком тащила. Или еще что. Но нет. Я действительно шел сам и весьма бодро. И это и правда странно, ведь я должен был быть уже конкретно на бровях. Как так получилось — ума не приложу.

— Может, это не ты был? — выдвигаю я совершенно тупое предположение. — Глупо, да, — тут же понимаю я.

— Да, глупо. Но, ты знаешь, у меня тогда тоже такая мысль мелькнула, — грустно усмехается он.