Одну руку закидывает мне за плечи, другую… кладёт на бедро, совсем рядом с немного задравшимся подолом платья. Я вздрагиваю, но он ничего больше не делает. А вместо этого начинает шептать мне на ухо:
— Знаешь, что будет, когда мы выйдем из машины? Я начну целовать тебя, ещё не дойдя до дома. У тебя такие сладкие губы, это какой-то невероятный кайф — целоваться с тобой. На крыльце не удержусь и сдёрну вниз это чёртово платье, которым ты меня соблазняешь весь вечер, начну ласкать твою грудь. Это прекрасно, что на тебе нет белья, ягнёночек, мне ничего не помешает.
Дико хочу узнать, какого цвета твои соски. Наверняка нежно-розовые, но я буду кусать и посасывать их, пока они не станут алыми. С твоей белой кожей это будет смотреться потрясающе…
То, что он говорит… Меня бросает то в жар, то в холод, низ живота тянет почти до боли. Мне и стыдно от этой своей реакции просто на слова, и не хочется, чтобы он останавливался, потому что одновременно со всё усиливающимся желанием меня сжигает жгучее любопытство.
— Уверяю тебя, мы не дойдём до спальни, — рука Дани, лежащая на моём бедре, сдвигается выше, пальцы начинают поглаживать кожу — на мне чулки, и когда он касается обнажённого тела там, где они заканчиваются, мы оба вздрагиваем. — Совершенно точно не дойдём, — продолжает хрипло мужчина. — Не в первый раз. Я просто подсажу тебя на комод в холле, задеру подол твоего платья до самой талии и буду ласкать тебя там языком, пока ты не начнёшь стонать…
Я с трудом сдерживаю стон сейчас, потому что меня уже начинает потряхивать.
— Я вылижу тебя всю и не остановлюсь, пока ты не кончишь мне на язык…
Хватаюсь за край его пиджака, тяну и комкаю, кусаю губы, чтобы как-то сдержаться. Что же он творит…
— И это будет только первый раз, ягнёночек, — его шёпот обжигает, губы почти касаются мочки уха. — Ты же помнишь, я обещал тебе два оргазма? Так вот, это был минимум, моя хорошая. Я не выпущу тебя из постели, пока ты не начнёшь рыдать от удовольствия и кричать моё имя снова и снова…
Господи, я уже прямо сейчас рыдать начну…
— Приехали!
Всё-таки вырвавшийся из меня стон, к счастью, заглушается голосом водителя.
— Спасибо! — Даниил помогает мне выйти — и хорошо, что помогает, ноги у меня как ватные, колени трясутся.
А потом… потом он просто начинает делать всё то, что только что мне обещал. Без верха платья я оказываюсь быстрее, чем успеваю хоть что-то сообразить.
