Тогда тоже была теплая весна, и мы много гуляли по улицам города.
Из подъезда выходим вместе с Славой. Он, рисуясь, снимает свою тачку с сигнализации.
— Славян, тебе тридцатник, а ты понтуешься как пацан, — усмехаюсь и аккуратно кладу на заднее сиденье его тачки рюкзак Сони. — Это всего лишь тачка!
Слава хватается за сердце, прикидываясь, будто умирает, и стонет на всю улицу:
— Это — Ламба! Как ты смеешь называть мою малышку тачкой?! — возмущается наигранно. — Я на нее горбатился три года! Три!
Еще один парадокс нашей семьи состоит в том, что, имея состоятельных родителей, каждый из нас всего добивался сам.
Иногда не без помощи матери и отца, конечно, но все же в большей степени наши заслуги — действительно наши.
Садимся в тачку, и брат включает зажигание.
— Послушай, как она воркует!
— Тебе бы девушку, чтобы слушать, как воркует она, а не кусок железа, — снова не могу сдержать смех.
— Знаешь что, брат? Первым делом самолеты. А девушки, это, знаешь ли, второстепенное. Хотя встретилась мне на днях одна бестия.
Морковка.
— Я не понял — она бестия или морковка?
Славян зависает, а потом начинает смеяться:"
"— Она бесноватая морковка, то бишь рыжая ведьма. Ох и прокатила она меня вчера… я аж дежавю поймал, — уходит мыслями, очевидно, в воспоминания.
— Номер хоть взял? — Его поведение странное.
Нет, тут точно что-то не то.
— Я ж говорю: там все сложно и вообще очень запутанно. Ну ничего, я обязательно разберусь во всем, вот увидишь.
До дома Татьяны, у которой остановилась Соня, мы добираемся быстро.
Девушка живет в обычной панельной девятиэтажке. Тут очень просто, но чисто и ухоженно.
— Говоришь тут живет твоя Соня? — хмурится, а я киваю
Лифт, как и вчера, не работает, поэтому мы топаем на шестой этаж пешком. В какой-то момент Слава останавливается и замирает:
— Ох и не хорошее у меня предчувствие.
— Что за хрень, Слав? — я торможу на пару ступеней выше.
Брат разводит руками, так ничего и не объяснив, а дальше открывается дверь, и мы с ним застываем на пороге.
Девушки напротив тоже не двигаются, и только кот вертится как уж на сковородке в руках Тани. Рыжая Татьяна и рыжий кот смотрятся дико комично.
— Какого черта ты приперся? — Таня шипит на Славу, очевидно, копируя звуки своего кота.
Что происходит? Они знакомы?
— Я же сказал, что из-под земли тебя достану, морковка, — слышу самодовольное позади себя.
В этот момент кот вырывается, с громким шипением юркает между моих ног и убегает в подъезд.
