Развод. Чужое счастье

Твой свёкор – оппонент моего мужа. Он использует нас с тобой против Бориса."

"Я доверилась ей. Видела, насколько это важно для неё. Согласилась подождать.

А потом… один звонок разрушил мою жизнь.

– Ваша сестра в больнице, вы можете приехать привезти документы?

Случилась авария, унёсшая жизнь моей матери и её мужчины. Я второй раз потеряла её. Теперь уже навсегда. Маруся выжила, но сильно пострадала, оставшись парализованной ниже пояса. Врачи давали надежды, но требовались операции, постоянный уход и лечение. Я пришла с этим к Кириллу.

А он предъявил мне обвинение в измене. Показав фотографии с Вадимом, водителем мамы, который исчез после аварии, как я узнала у следователя. Доказать, что либо я не могла. К тому же появилась информация о нас с Марусей, кто-то из журналистов придумал слезливую историю, что я тайная дочь маминого сожителя, раз уж я заявила о себе как о сестре Маруси. Новость разлетелась и дошла до отца Кирилла, которому тоже пришлось несладко, потому что он стал одним из подозреваемых в покушении.

Если следствие проверило мою непричастность к семье Бориса, то Литовцев посчитал иначе. Мой муж посеял зерно сомнений. Посчитал, что я намеренно скрывала свою связь с родственниками, а мои отношения с другим мужчиной подтвердили подозрения.

Я была слишком поглощена похоронами мамы, состоянием Маруси, что в какой-то момент отпустила ситуацию.

Слёзы не трогали его сердце. А моё разрывалось от боли потери. Когда его адвокат позвонил и попросил встречи, во мне что-то сломалось.

Кирилл уже не появлялся дома, предпочитая ночевать в офисе. Не хотел встречаться со мной и слушать мои объяснения, сначала я даже хотела нанять детектива, чтобы он доказал мужу мою правоту, но… мне пришлось нанять адвоката. Который сбежал, подкупленный моим мужем. А может просто понял всю провальность процесса и оставил меня сам.

Оставаться на должности в компании мужа не было ни единого шанса. Меня уволили задним числом, прислав документы курьером. Причитающиеся выплаты я потратила на оплату палаты для Маруси и лечение за этот месяц.

До сегодняшнего утра я всё время прокручивала в мыслях наши разговоры с Кириллом.

Как я уговаривала его, он даже пытался выслушать. Соболезновал потери матери, но при этом стал холодным, отдалился от меня. Его не волновали мои слёзы, ведь он решил, что я обманщица.

Я винила себя в том, что послушала маму и не призналась ему сразу. Я стучалась в закрытые двери, пытаясь объясниться, только он не хотел моих объяснений.