Развод. Другая семья (СИ)

Хочется разрыдаться, устроить скандал, уйти в депрессию и пожалеть себя от души. Как я благодарна Катюшке, что, сама того не зная, не дает мне погрузится эту черную пучину отчаяния.

Я ответственна за свою кроху, я должна сейчас запихать свои чувства подальше и действовать в ее интересах. Мне срочно нужен совет, сама я сейчас могу дров наломать.

- Наелась? – спрашиваю я Катю.

- Да! – счастливая мордашка испачкана мороженым, - мам, гляди!

Я смотрю на витрину где выставлены нереально красивые куклы.

Глаза Катюшки загораются, но тут же потухают.

- Они дорогие, да? – грустно спрашивает она.

Да что ж ты за мразь такая Вадим? Значит дочери мы отказываем, а чужого ребенка на моря возим?

Раньше я бы всеми силами постаралась отвлечь дочь от дорогой игрушки, да и вообще, я избегала ходить с ней в места где эти игрушки продаются, но только не сегодня.

- Выбирай, - смеюсь я.

- Правда?! – Катя аж подпрыгивает на месте, - спасибо, мамочка!

Она выбирает куклу и я по привычке ужасаюсь ее стоимости, но решительно оплачиваю покупку с карты мужа.

Все равно новую квартиру нам уже не покупать, решаю я. Я жду, что он сейчас позвонит и будет нудеть о необходимости экономить. Но звонка нет, видимо очень занят со своей другой семьей.

- Пойдем на качельки, - предлагаю я.

- Ага, у нас сегодня праздник! – дочь вприпрыжку бежит к выходу.

Совсем недалеко парк, с аттракционами, мы вдоволь катаемся, едим мороженное и уставшие возвращаемся домой.

Странно, что Вадим не позвонил и не начал возмущаться.

Я бы уж знала, что ему ответить!

После ужина я купаю дочь и мы укладываемся в кровать со сказкой. Катя так устала, что засыпает через пять минут, со счастливой улыбкой, прижимая к груди заветную куклу.

Приходит смс от мужа. Вот так ни люблю, ни целую. Сухо и жестко.

Я выхожу из детской и сажусь на диван в гостиной. Весь ужас снова накатывает на меня, приходит осознание. Любимый мне изменяет, он выбрал другую, а меня предал. Я словно мазохист повторяю это себе снова и снова: «предал, предал, предал».

До тех пор, пока мою защиту не прорывает и я рыдаю, уткнувшись в подушку. Долго, отчаянно, позволяю себе страдать и горевать. Я оплакиваю свои надежды и свою любовь. Моя любовь корчится в горячих слезах и вытекает из меня по капле. Я не смогу простить, не смогу любить после того, что он сделал.

Я позволяю тоске затопить меня, задыхаюсь от боли, пропуская ее сквозь себя, чтобы выдержать, выжить.