В прошлый раз я боялась встретить Вардана, а теперь точно знала, что встречу.
Я могла малодушно избежать этой встречи, например, прикинуться больной, но я решила показать бывшему мужу, что больше я прятаться не буду. И всё равно, когда он вышел из конференц-зала, во мне всколыхнулись все чувства.
Почему он всё еще вызывает у меня настоящий ураган эмоций? Почему я не могу просто взять и выключить свои чувства и не страдать от дикой боли, прошивающей всё тело насквозь?
Он ждал, когда я подойду, и молча смотрел, как я двигаюсь по направлению к его застывшей фигуре.
Здесь были не только мы, но он игнорировал всех вокруг, фокусируясь взглядом на одной мне.
— Вардан, — ненавидя себя за слабый голос, прошептала, встречаясь с его обжигающим взглядом, и сжала ремешок сумки в руках.
— Здравствуй, Леся, если тебе что-то будет непонятно, ты всегда можешь обратиться ко мне. Вряд ли ты разобралась в том, как управлять компанией, — он не отпускал моего взгляда и угрожающе навис надо мной.
Отшагнула назад, чтобы не ощущать его давящую силу.
— Не надо делать предположений, Вардан, ты можешь ошибаться. Я буду присутствовать на этом собрании акционеров и на других тоже.
— Даже не знаю, радоваться ли такому рвению, — он едким голосом подчеркивал свое превосходство надо мной.
— Хочешь сказать, что мне тут не место?
— А ты как считаешь? — приподнял брови. — Ты никогда не занималась ничем подобным и не разбираешься в бизнесе.
— Считаю, что у меня достаточно акций, чтобы участвовать в управлении компаний.
Воздух трещал от напряжения, а мы всё стояли друг против друга, заставляя нервничать других акционеров. Вардан отвлекся на минуту, что дало мне возможность сделать вдох, и сказал всем собравшимся идти в конференц-зал, а секретаршу попросил пока разнести напитки.
— Проходи, раз уж так уверена в своей компетентности, — Вардан открыл дверь в конференц-зал шире, чтобы я прошла в него, но почему-то его взгляд устремился поверх моего плеча, а потом я услышала голос Бориса Олеговича.
— Всем добрый день.
Если Олеся не разберется, я помогу ей. Олеся, — его голос потеплел, что не ушло от внимания Вардана, он напрягся, как хищник перед прыжком на жертву, лицо перекосило, — извини, я немного задержался. Вардан, мы можем начинать.
— Ты еще будешь мне указывать, что мне начинать? Да кто ты такой?
— Позволь показать тебе кое-что, — отец Яны рисовался, доставая из кейса какие-то бумаги.
Вардан сперва не хотел их брать, но потом изучил, и его лицо стало непроницаемым.
