Мужики в грязных белых халатах взваливали на носилки труп – мертвые руки мотались по бокам, один щегольской лакированный ботинок слетел с ноги, и открылась узкая ступня в черном носке, капли черной крови падали на плиточный пол – не потому, что убитый все еще истекал кровью, а потому, что его одежда насквозь пропиталась ею.
– Костик, – пробормотала женщина, и капитан Гальцев посмотрел внимательно, – господи, этого просто не может быть !..
– Чего не может быть?
Она не взглянула на него и не ответила.
На площадку пятого этажа выходило две квартиры.
В дверях одной из них маялся худосочный мальчишка в широченных штанах, майке навыпуск и босиком. Вид у него был одновременно любопытный, испуганный и брезгливый.
– Мам, ну что там, а?
– Приехала милиция, – спокойно ответила она, – ты же видишь. Сейчас Костика увезут.
Капитан с некоторым уважением подумал, что она не стала кричать, что «там ничего, и это совершенно не твое дело, и сколько можно повторять, чтобы ты шел спать!». Ведь ему понятно, что никакими силами она не загонит мальчишку спать, что он уже все видел, а потому скрывать от него «правду жизни» глупо.
– Проходите. – Она пропустила капитана вперед. – Я могу оставить дверь открытой, чтобы ваши… коллеги могли зайти.
– Хорошо, – пробормотал капитан."
"Протискиваясь мимо нее, он услышал, как она пахнет – дорого и свежо, – и оценил длинную шею, плотные ноги, упакованные в джинсы, и довольно… большую грудь под свободным домашним свитером. У нее была странная прическа.
Такие прически капитан видел только в рекламных роликах – сзади никаких волос, а спереди длинная лохматая выстриженная челка. Когда она пыталась заправить ее за ухо, на правой руке звякали два браслета. Больше никаких украшений не было.
Капитан посмотрел – обручального кольца тоже нет. Впрочем, это ничего не означает. В паспорте у нее написано, что разведена относительно недавно, год или около того. Может, она колец вообще не носит.
Интересная женщина. Очень интересная женщина.
Не размазня, не рохля, не трусиха.
Ну и что?
Пока ничего.
– Вы знали убитого? – в спину ей спросил капитан.
– На кухню пойдем? – не отвечая, предложила она.
– Как хотите, – пробормотал тот.
– Кофе? Чай?
– Ведро водки, – пробормотал капитан себе под нос. Она не должна была услышать, но услышала.
– Ведра нет, – сказала она решительно, – но немного есть. Хотите?
– Я на работе! – возмутился он с некоторым излишком праведной досады. Она его смутила.
