Пошла через чёрный ход — там ближе идти до её комнаты. И меньше вероятности, что встретишься с хозяином.
От мысли, что он своими рассуждениями мог её не только шокировать, но и оттолкнуть, стало неприятно.
Чёрт побери, с каких это пор его волнует, что думает прислуга? И сам себе вынужденно признался — что о нём думает Екатерина, его, несомненно, волнует… Это потому, что он не хочет терять такую няню!
Или?
Или это уязвлённое мужское самолюбие — она ему отказала! Вроде причина названа — муж… А существует ли он на самом деле? Вдруг женщина так сказала, чтобы хозяин от неё отстал? Свидетельства о браке никто не видел, про замужество он знает только со слов Кати.
Но если ей неинтересны более тесные отношения, она могла просто отказаться, он понял бы и принял! В конце концов, потребности у всех разные, может быть, она фригидная, или, вообще, женщин любит? Зачем врать? Боялась, что тогда откажет от места? Или он ей настолько неприятен, как мужчина, что соврала первое, что пришло в голову?
И Александр понял, что не успокоится, пока не выяснит истинную причину, по которой Екатерина его отвергла.
Глава 10.
В Москве Стелла и Виктор провели всего три час. Только успели добраться из Шереметьево в Домодедово, как объявили регистрацию на рейс до Красноярска.
Мужчина был так трогательно-заботлив и внимателен, что у неё щемило сердце.
Господи, она так давно не ощущала вот этого — крепкого мужского плеча, не видела взгляда, полного восхищения и искреннего желания понравится и порадовать.
Не вожделения, а именно восхищения. Как восторгаются необыкновенным цветком, любуясь им со стороны и не пытаясь сорвать. Нет, что Виктор её хочет, она не сомневалась ни капли. Но при этом мужчина настолько владел собой, сдерживая свои желания, что она только диву давалась. Поддерживал, помогал, ел глазами — и не пытался сорвать поцелуй или помять грудь. Ничего, пусть нагуливает аппетит, мужикам это только на пользу! Что легко достаётся, то меньше ценится!
В аэропорту Красноярска их встречал личный водитель Доминина.
— Виктор Владиленович, с возвращением! — мужчина держался почтительно, но без подобострастия. — Домой?
Доминин повернулся к Стелле.
— Уже вечер, поехали ко мне, а? Завтра-послезавтра подберём тебе квартиру, и переедешь, если, конечно, не надумаешь остаться гостьей в моём доме."
"— Нет, Витя, свое решение я не изменю, — негромко ответила женщина. — Мы уже говорили об этом, ни к чему повторяться.
