Да Воротаев ей голову открутит, если узнает, о чём они тут говорят!
— Конечно, я хотела бы, чтобы у меня была такая умница дочка, — выкрутилась Екатерина и, повернувшись на шум, увидела замершего в дверях полуголого Воротаева.
От ужаса — сколько мужчина услышал?? — Катя сама остолбенела, не зная, что сказать. Желание отчитать мужчину за то, что ночью ввалился в её комнату, пропало напрочь.
— Я посмотрю, как там Артём, — выпалила она и бросилась в ванную."
"Вовремя, потому что мальчик вместо умывания сосредоточенно хлопал ладошками по струе воды и хихикал, наблюдая, как во все стороны разлетаются брызги.
— Мама, а где моя щётка? — в ванную влетела довольная Лиза, и Катя подавилась вопросом — следом за дочерью нарисовался Александр и показал ей — молчи! Всё потом.
Едва не вздрагивая каждый раз, когда дети обращались к ней не по имени, Катя помогла Артёму привести себя в порядок, переодела его. Александр в это время помогал Лизе.
— Тук-тук-тук! Можно? — в двери заглянула Кира.
— О, всё семейство в сборе! Молодцы, что встали и уже умылись. Катя, Саша, давайте малышню, у них свой завтрак и такая программа, что не заскучают и на шалости времени не останется.
— Мамочка, я хорошо почистила зубки? — лучше момента Лиза просто не могла выбрать!
— Замечательно почистила, — машинально ответила Катя, мельком взглянув в услужливо открытый рот. — Умница! Бери Тёму за ручку, и идите с тётей Кирой.
— Вы тоже сильно не задерживайтесь, там Вовка копытом землю роет от нетерпения устроить экскурсию по своим владениям, — улыбнулась хозяйка.
— Идем, детвора! Родители, ждём вас через полчаса в патио, где вчера шашлыки ели!
Дети ушли, и Катя решительно развернулась к Воротаеву.
— Тсс! — правильно угадав, что она от возмущения почти не в состоянии контролировать себя, мужчина перехватил инициативу, сначала приложив палец ей к губам, от чего Катя подавилась возгласом. А потом обнял и поцеловал.
Господи, она шесть лет не целовалась!
Все мысли вышибло из головы, осталась лишь звенящая пустота и ощущения то твёрдых, то мягких мужских губ, захвативших её в плен.
Александр не спрашивал разрешения, он покорял и брал. Как будто у него есть на это полное право, будто она на самом деле принадлежит ему! И самое ужасное, вся решительность Кати, все благие намерения куда-то исчезли. Здесь не было хозяина и прислуги. Просто женщина. Просто мужчина. И обжигающие, сносящие крышу поцелуи.
