— И, скорее всего, придётся отправить людей в Израиль.
— Подождите, — махнул рукой Воротаев в сторону двери. — Подождите в гостиной, я сейчас сделаю пару звонков, потом вы вернётесь и расскажете все подробности.
Безопасник, кивнув, молча вышел из кабинета.
«Одна улетела или у неё кто-то есть? — мысли неслись потоком, перепрыгивая друг через друга, сталкиваясь и перемешиваясь. — На неделю? На месяц? Пока деньги не закончатся? Что делать с мальками? Смысл им оставаться в квартире, проще до возвращения Стеллы всех вернуть домой.
Чёрт, что за хрень творится в его жизни?»"
"Бросил взгляд на часы — пять вечера. Значит, горничные уже закончили дневные дела, а на кухне ещё кипит работа — готовится ужин для всей прислуги и, конечно же, хозяина. Но детей нет, и поэтому непривычно тихо, будто все уехали или спят. Подумать только, сколько шума создают двое мальков! Интересно, когда он сам был ребёнком, тоже доставал родителей? Надо будет спросить у матери. Чёрт… Родители! Как он им объяснит, каким ветром Стеллу занесло в Израиль? Одну, без супруга? Повезло, что сейчас они на своей вилле во Франции, и пока не в курсе перемен в жизни единственного сына.
Вынесли бы ему мозг — у Воротаевых не может быть скандалов, это вредит не только бизнесу, но и репутации. Нет, можно многое, но тихо. Мирно разъехались — это пожалуйста. Громкий побег с битьём фарфора и развешиванием на всеобщем обозрении семейных тайн — ни боже мой! Эх, хорошо сейчас в Сен-Жан-Кап-Ферра… Впрочем, там в любое время года хорошо — Лазурный берег есть Лазурный берег! И соседи приличные — Мельниченко, Ротшильд… Да, не о том он сейчас думает…
Воротаев тряхнул головой, возвращая себя в реальность, и попытался вспомнить, какая разница во времени между Тель-Авивом и Москвой.
Кажется, нет разницы… Или есть? А и чёрт с ней, если есть! Вряд ли Стелла днём ляжет спать, так что у него есть шанс поговорить с блудной супругой. Если, конечно, у него получится дозвониться…
Нажал на кнопку сотового и некоторое время бездумно на него смотрел, вздрогнув, когда с той стороны ответили.
— Саша, куда мне уехать, чтобы ты, наконец, оставил меня в покое?? — возмущённый голос жены.
— И тебе — здравствуй! — уняв пляшущие нервы, максимально спокойным голосом произнёс Воротаев. — Чтобы мне не пришлось травмировать твою тонкую душевную организацию звонками, ты могла предупредить, что уезжаешь. И куда. А ещё правильнее — сначала согласовать поездку со мной.
— С какой стати?! — чувствовалось, что Стелла раздражена.
