Развод и три босса

В таком случае, я готов нести ответственность. Вы же за этим пришли?

— Эм-м-м…

Вот не поняла сейчас. Он же сам меня вызвал… Какую ответственность? Что за ерунда?

— Я приму любое ваше решение, Эммануэль, — продолжает ИИ, сверля меня жестким давящим взглядом, — но надеюсь на вашу сознательность… Я — решительный противник абортов.

— Эм-м-м?..

— И, понимая, что вы вправе распоряжаться своим телом, все же прошу вас, при таком исходе событий, рассмотреть решение, где вы рожаете, а ребенка… Отдаете мне.

— Что?...

— Или мы можем найти другой вариант…

И вот тут-то я и обретаю дар речи, наконец.

— Подождите, Игорь Игоревич… Вы о чем вообще? С чего вы взяли, что ребенок ваш? Мы же с вами…

— Да, я понимаю, что мы с вами совершили ошибку… Верней, я был уверен, что это не ошибка, но вы своим поведением после дали мне четко понять…

— Подождите! Подождите, Игорь Игоревич! — пытаюсь я прервать этот поток, чувствуя, как волосы по всей длине дыбом становятся от осознания, о чем он говорит, — вы о чем? У нас с вами ничего не было!

— Эммануэль… — он подходит ближе, обнимает меня за плечи, поднимает со стула.

— Нет! Нет-нет-нет… — я упираюсь ладонями в плечи босса, пытаюсь донести до него всю неправильность ситуации, — я не об этом… Я хочу сказать, что…

— Игорь, а чего у нас за беда в Ракитовском? — Колесников врывается в кабинет без стука, словно к себе домой, и замирает, разглядывая картину маслом: меня в объятиях босса.

За его спиной маячит Людмила, и выражение ее лица очень даже однозначно: кажется, я только что в очередной раз подтвердила статус главной шлюшки компании.