Онлайн-библиотека книг
Смотрит на нас, очень довольно, явно радуясь, что застал врасплох, расплывается в широкой белозубой улыбке, и становится совершенно очевидно, что парень — гроза всех девчонок в округе. Очень уж симпатичный.
И что этот мелкий очаровашка тут забыл, интересно? На вора не похож…
— Платон, — ахает Кристина, затем поворачивается, в ужасе смотрит на меня, потом опять на него, — зачем, Платоша? Меня же уволят!
Варианта, что это воспалённый нервом страсти любовник залез в окно, просить прощения у нашей Кристины, или ее руки и сердца, нет.
Этот паркурщик — сто процентов ее родственник, и, скорее всего, брат.
Нахальный очень, горе для сестренки, видно по хитрющему взгляду, что проблем приносит вагонище…
Я кошусь на тест, который так и не закончила и, возможно, его заканчивать мне будет не обязательно, если грамотно воспользуюсь сложившейся ситуацией, и кое-кто будет мне должен…
— Молодой человек, вообще-то есть вход,— строго говорю я ему.
— Но там же охрана,— нагло усмехается парень. — А кто-то у меня сегодня с утра лоханулся и ключики забыл.
Он достает связку ключей, подкидывает в воздух, ловко ловит. На связке поблёскивает брелок — розовый заяц.
— Простите, Эммануэль Эдуардовна, — разворачивается ко мне Кристина.
— Эммануэль? — предсказуемо ржет парень, хотя ему по возрасту такие фильмы знать не положено. Это же старье, винтаж, практически...
Кристина хмурится, строит строгое лицо, пытаясь показать, что это неприлично, и что так делать нельзя.
Смешно очень смотрится.
Так мамочки призывают к совести своих расшалившихся отпрысков.
В сторону двухметрового татуированного жилистого парня это крайне забавно наблюдать.
— Эм-ма-ну-эль, — растягивает слоги Платон, вообще не реагируя на гримасы сестры и хитро поглядывая на меня. — Я пришёл к растеряхе.
— Залез, — поправляю его, не теряя строгости.
— Неважно.
— Смотря, для кого.
— Да, сегодня магнитные бури, — видимо, Кристина совсем теряется, ляпает что-то вообще не к месту, пытаясь переключить внимание с нахала на себя, — очень влияет… Я подвержена, к сожалению…
Идет к брату, забирает ключи, пальцем молча указывает на окно.
Платон, хитро подмигнув мне еще раз, строит из себя послушного мальчика и разворачивается на подоконнике, высовывая ноги наружу.
— Нет, подождите! — останавливаю его я. — Ему никак нельзя в окно обратно. Нам не хватало ещё несчастного случая.
