- Ори, Яна, - закатывает глаза раздраженно.
- А-а, - пробую кричать, но ничего не получается. Голос срывается на хрип.
- Еще. Еще.
- А-а-а, - чуть громче, но все равно трусливо, будто больна ангиной.
- Отпусти себя, - берёт меня за руку. - Здесь никого нет. Видишь? Только мы, воздух, который примет всю твою боль и яма, в которую мы похороним все твои страхи.
- А-а-а-а, - ору громче, чем в прошлый раз.
Зажмуриваю глаза от ошеломляющего восторга.
Но эхо звучит такое же, как я сама. Трусливое и робкое.
Горло неожиданно расслабляется, а внутри просыпается дикий азарт.
Предвкушение чего-то классного, неизведанного.
- А-а-а, - закрыв уши, рву голосовые связки.
Убираю руки и слушаю эхо.
Уже лучше. В этом что-то определенно есть.
- Пошли все к ч-е-е-е-рту, - кричу на разрыв.
- Молодец.
Злость поднимается откуда-то изнутри. Она словно была усыплена под действием транквилизаторов, но в данный момент ощущается такой живой и мощной.
Я зла.
Вдруг снова вспоминаю ужасную ночь. Страх, который сковал тело.
И усатого урода, лапающего в темноте. Запах этот ментоловый тошнотворный.
- Пошел ты к че-е-е-ерту, уро-о-д! – горланю на всю окрестность.
- У-у-умничка, - с восторгом вопит Вера.
И мужа, который сбрасывал мои звонки, тоже вспоминаю. Долгое время в клинике я всячески его оправдывала. Винила себя.
Сейчас же чудовищность поступка самого близкого человека накрывает с головой.
- Богда-а-ан, пошел ты к че-е-ерту! – набираюсь смелости.
Господи, какой кайф!
Как здорово, что я осталась жива!
Я здорова! Красива! Я молода!
К черту всех!
Дальше мы с Верой горланим по очереди, иногда перекрикивая друг друга, и хохочем до коликов животе.
А уже через полчаса я сажусь в машину совершенно другим человеком.
Глава 15. Яна.
На следующий день, накормив детей завтраком, с водителем отправляюсь в салон сотовой связи, где восстанавливаю сим-карту и покупаю новый телефон.
Чувствую себя инопланетянкой среди большого скопления людей. Постоянно озираюсь и крепче завязываю легкий плащ.
Усевшись в ближайшем полупустом кафе, собираюсь с мыслями.
Я так и не успела серьезно поговорить с отцом.
Вчера мы разминулись, они с мамой отправились на ежегодный благотворительный приём, а я весь вечер была занята Машей с Ваней.
За две недели дети словно старше стали. И как-то серьезнее что ли. От непрекращающихся вопросов о Богдане голова стала квадратнее, а весь боевой настрой, полученный с помощью Веры, погас.
Я как спичка. Вспыхнула и снова сгорела.
