— Класс! Мам, можно я здесь поплаваю?
— Голышом? — Сложив руки на груди, скептически изгибаю одну бровь. — Или, может, ты с собой в школу прихватил парочку плавок для купания?
— Блин… — разочаровано вздыхает сын.
— Мы все равно здесь ненадолго. Так что сильно не расслабляйся, — сразу пресекаю его дальнейшее нытье по этому поводу.
Влад
— Шеф, мы проверили этого мужика, — говорит Герман. — Он адвокат. Занимается семейным правом. Разводы, алименты, дележка имущества.
— Хорошо, — тихо отвечаю, глядя на то, как Даша и Саша хозяйничают у меня на кухне, доставая и раскладывая по тарелкам еду.
Моя бывшая встречалась сегодня с адвокатом.
— Что-нибудь еще удалось выяснить? — Спрашиваю Германа, чувствуя, как напряжение начинает нарастать.
— Он известен как опытный профессионал. Работает в этой области уже несколько лет. Клиенты у него, правда, не всегда остаются довольными, но это не редкость в его сфере.
Я поднимаю бокал вина, делаю глоток и осторожно наблюдаю за тем, как Даша и Саша обсуждают что-то с живым интересом.
— Нашли ли что-то подозрительное, что могло бы свидетельствовать о его причастности к каким-то незаконным делам? — Добавляю, сохраняя спокойствие.
— Пока ничего такого, — отвечает Герман.
— Мария готовится к настоящей борьбе за имущество, — предполагаю вслух.
— Возможно, — говорит Герман. — Но мы продолжим следить за ней.
Я киваю и перевожу взгляд на Дарью. Девушка заливисто смеется от чего-то, что сказал сын. Мне приятно видеть ее счастливой.
— Следите за ней, но только так, чтобы она этого не заметила, — приказываю безопаснику.
— Принято.
Сбрасываю вызов и возвращаюсь на кухню. Меня охватывает недовольство и раздражение. Но при этом я сохраняю спокойствие перед Дарьей и сыном.
Я не сомневаюсь в том, что Мария беременна. И, скорее всего, действительно от меня. Потому что ведет она себя более чем уверенно и очень дерзко. Она знает, что я в любом случае сделаю тест-ДНК. И врать в данной ситуации слишком глупо. Тем более судиться. Я, как нормальный мужик, и без судов буду обеспечивать своего ребенка и его мать.
Никогда в жизни я не допущу, чтобы они в чем-нибудь нуждались. Понятно дело, что примирение между мной и Марией невозможно от слова совсем. Мы больше никогда не будем полноценной семьей. При этом мы будем родителями, и нам придется научиться коммуницировать ради ребенка.
— Влад, у нас всё готово, — громко произносит Дарья, а Сашка уже во всю уплетает разогретую пиццу.
— Иду.
За столом мы говорим о разных мелочах.
