Меня бесит от одной мысли, что она могла стараться для кого-то еще, кроме меня.
— Нет, — мотает головой. — Ради Сашки. Мужу поначалу приходилось есть то, что дадут. Потом уже, когда Саша подрос, то пришлось что-то интересное выдумывать, потому что есть он совсем ничего не хотел.
Дарья смотрит на меня украдкой, затем ставит передо мной тарелку с рыбой.
— Не знаю, что там было раньше, но сейчас эта рыба пахнет безумно вкусно, — искренне хвалю хозяйку.
— Приятного аппетита, — желает Дарья и подает мне приборы.
— А ты? — Делаю несколько глотков сока.
— Я не голодна. Спасибо, — она хочет отойти от стола, но я ловлю её за руку.
— Тогда просто посиди со мной рядом.
Дарья опускает глаза, потом смотрит прямо.
— Я пойду посмотрю: как там Саша, а потом вернусь.
— Хорошо, — нехотя отпускаю её, зная, что с парнем все хорошо.
Не проходит и пяти минут, как Даша возвращается и говорит, что Сашка уже уснул. Лоб у него холодный. Температуры нет.
Ну что ж, ожидаемо.
— Вот и замечательно. Еще денек, второй полежит и совсем выздоровеет, — заявляю я и заставляю девушку сесть рядом.
Предлагаю Дарье вина, но она отказывается, ссылаясь на то, что ей завтра на работу с утра.
— Ты можешь не работать. Я вполне могу себе позволить содержать вас с Сашей.
— И Машу с ребенком?
— Если этот ребенок от меня, то да. Я достаточно зарабатываю, чтобы обеспечить своих детей, — от этого разговора я начинаю злиться. Потому что ни хрена не понимаю её претензии.
— Вот именно, Влад. Детей. А я — не твой ребенок.
— Ты — мать моего сына. И вообще, я не вижу смысла в твоей работе. Хочешь, я буду давать тебе эти деньги просто так.
— Не хочу, — нежные щеки Даши вспыхивают, и она выдыхает через рот. — Нам с Сашей от тебя ничего не нужно.
— Ты сейчас это серьезно?
— Вполне. Спасибо тебе, конечно, за предложение, но я не хочу потом чувствовать себя должницей.
— Какие глупости ты говоришь! — Отставляю тарелку с едой в сторону. — Это я сейчас чувствую себя твоим должником!
В темных глазах отпечатывается изумление:
— Ах, вот оно что⁈ Ты просто чувствуешь себя моим должником! — вскакивает на ноги и отходит в сторону.
Я тоже поднимаюсь на ноги, подхожу к ней.
— И не только, — говорю, наблюдая за её реакцией."
"Даша открывает рот, явно желая еще что-то сказать, но, задумавшись, лишь облизывает пересохшие губы. Я внимательно слежу за движениями её острого язычка и понимаю, что тем самым она сейчас испытывает меня на выносливость.
