С ума сводишь, зай.
Раскрываюсь шире, обхватываю поясницу. Руками обвиваю, тянусь к ненасытным губам Дениса. Наша близость уникальна. Трепетна, осторожна и звеняще дрожащая. Мы мокрые, потные. Смотрим в глаза пристально, будто изучаем друг друга вновь и вновь.
— Денис, — шепчу в губы на самом тонком пределе. Не могу больше скрывать чувства. Простила все. Не хочу больше падать в прошлое, хочу только настоящего и будущего. — Я тебя…
— Света, — глаза мужа сверкают в темноте. Он ошарашен тем, что пытаюсь сказать.
Движения замедляются. Он просто замирает во мне. Гладит руками влажные волосы и сморит, не отрываясь. — Родная… Неужели ты…
— Люблю, Денис, — на одном дыхании выпаливаю. — Только ты больше…
— Тихо, — закрывает рот поцелуем. — Никогда, малыш. Прости меня. Никогда, слышишь. Ты одна на всю жизнь.
Плавлюсь и нежусь под покрывалом искренних слов, я ему верю. Да! Верю. И не смейте меня осуждать.
— Я соскучилась. Я так по тебе соскучилась.
— Родная моя. Любимая.
Заснули под утро, не выспались ужас как.
Денис уговаривал не ходить на работу, но я не смогла. Сегодня раскидаюсь и потом нарисую график. Это же мой бизнес, нельзя безответственно относиться. Сейчас немножко поработаю и все.
— Свет! Ты что уснула?
— Я? — раздираю глаза. Выпрямляю спину, удобнее сажусь в кресло. Смотрю на смеющуюся Любочку. — С ума что ли ты сошла?
— Ой ли? А сопел кто?
— Когда?
Люба не выдерживает и начинает хохотать.
— Ты даже на вопрос не ответила, согласилась или нет выйти за мужа замуж? Прости боже, каламбур получился.
Пока прыскаем со смеху, в дверь аккуратно постукивают. Интересно кто это пришел? Кричу, чтобы вошли. Слышу властный голос матери, которая выговаривает сотруднице, что она может ходить и входить туда, где ей заблагорассудится, потому как если это бутик ее дочери, то все находящееся здесь ее тоже. Вот так!
— Светлана, простите, — смущается красная Оля. — Я пыталась объяснить, что Вы заняты.
— О-о-о, — тянет Люба. — Пожалуй, пойду.
— Оля, все в порядке.
Можете идти. Здравствуй, мама.
Мать, величественно взмахнув шелковой накидкой, царственно кивает. Не меняется человек, поражаюсь. Абсолютно безосновательно ведет себя, как королева.
— Так и буду стоять?
— Мам, хватит. Проходи и присаживайся, — начинаю раздражаться.
Ну почему она всегда ждет от меня бесконечных поклонов? Я же не китайский болванчик. Понимаю, что ей не нравится, что я вырвалась из-под влияния, но мне не двадцать лет давно.
