- А что, так можно было?
- Нужно! У меня даже есть знакомая дама, которая этим занимается.
Дама у него знакомая, интересно. Герман тут же считывает, что я ноздри раздуваю недовольно.
- Не ревнуй, у нас ничего не было. Она замужем.
- Я тоже.
- Ты?
- Формально да. Могу еще всё отменить. Дать заднюю.
Усмехаюсь, глядя на него, в его глазах тоже вижу смешинки.
- С тобой в покер лучше не садиться играть, да?
- Думаешь, блефую?
- Не уверен.
- Что ж... Не уверен - не обгоняй. Поехали поедим, Крестовский, голодная я злая, могу невзначай покалечить.
- Мужа что, уже покалечила?
- А что?
- Вон, идёт, хромает...
Да, Игнатов реально выходит из здания, еле передвигая ноги топает на парковку.
- Поехали.
До ресторана добираемся быстро, а там.
Там нас ждёт небольшой сюрприз, впрочем, на это я и рассчитывала.
40.
Дворжецкий. Естественно. Как знал, что мы сюда поедем, как знал.
Что ж... В бане мы в тот раз всё обсудили. И к консенсусу пришли своеобразному.
Банька, действительно была хороша.
И банщик. И колотый мелко мягкий лёд, которым он нас обсыпал вместо снега, заставляя орать благим матом.
Настаивал даже, чтобы орали.
- Нам, мужики, демонов своих иногда надо выгуливать.
Вот мы и выгуливали демонов.
В одном моментике, правда, конфуз вышел, когда к нам по ошибке девочек отправили.
Ну, я надеюсь, что это была ошибка, а не хитроумный план Дворжецкого, решившего проверить мою стрессо и сексо устойчивость.
Проверку я выдержал. И мой ассистент тоже.
Не встал. Даже не шелохнулся.
Мирно спал, и даже во сне не видел Аделаиду, потому что, если бы видел, выглядел бы иначе.
Девочек быстро отправили восвояси, мы продолжили парится.
И вспоминать одну прекрасную женщину.
Причём оба.
И даже банщик это заметил и спросил, не вернуть ли ему залетных?
- Нет! — ответили в унисон. И оба заржали.
Да, Аделаида, Аделаида.
Да, мысли об этой фемине вызывают стойкое ощущение того, что я на правильном пути. Стойкое — потому что стоит на неё постоянно.
И не только то, что в нижней части.
Мозг тоже стоит.
В вечном напряжении.
И желании получить своё. Потому что она моя.
Моя и всё. Не собираюсь так просто сдаваться и отдавать её типам вроде Дворжецкого или кого другого.
О бывшем её и говорить нечего.
Этот мужик всё потерял. И даже не жаль его.
Сколько я таких видел? Да, много. Несмотря на то, что воевал всегда по эту сторону баррикад. То бишь за них воевал, за их кошельки боролся.
