Еще депрессии не хватало, ты же не скучающая жена олигарха!
— Олеська, ты же не отстанешь? — попытался намекнуть, чтобы не ковыряла рану. Да куда там, эта пока всю душу не вытрясет, не отстанет.
— Неа, — задорная улыбка была мне ответом. — Иначе совесть заест, в отличие от тебя, у меня она имеется.
— Черт, ладно, сдаюсь. Иди сюда, — похлопал рядом с собой по шезлонгу. — Зато я плед прихватить не забыл, совестливая ты наша. А вот ты мне кофе не захватила.
— Троянов, не борзей. Марию бы разбудил или сам аж на целых две кнопочки бы нажал, — ответила Олеся.
Она не стала выпендриваться и жеманиться, устроилась рядом. Так мы и сидели, укрывшись одним пледом на двоих, смотрели, как солнце лениво выползает на свою вахту на небо, а кое кто еще и наслаждался кофе. Ну и я изливал душу, как любят говорить в третьесортных сериалах.
— Вот знаешь, что самое интересное? — слова поначалу давались с трудом. — Я сам толком не понимаю, почему еще не расстался с Машкой. Я точно ее не люблю, да и симпатия почти сошла на нет.
Да даже секс с ней уже не вдохновляет, — до чего неловко обсуждать такое с невестой друга, но… но мне действительно нужно выговориться, а Олеся еще и психолог дипломированный. И что немаловажно — умеет держать язык за зубами. — Как там любят раздувать величайшую трагедию? Невеста уходит от жениха, который стал инвалидом и потерял все свои миллионы. Так то это не наш вариант. Инвалидом я не стал только чудом, которое сотворил один рыжий придурок, спасая другого придурка… Ай! Ты чего дерешься? — девушка больно ударила меня кулачком по руке.
— Не обзывай Дениса, ты, считай, ему жизнью обязан, — серьезно произнесла Олеся. — Пока бы кто-нибудь сообразил что к чему, пока бы вызвал спасателей… Знаешь ведь, что сейчас скорее достанут телефон и будут снимать и фоткать, тут же выкладывая в Сеть, чем кинутся на помощь. На первом месте хайп и развлечение… Не со мной случилось и ладно.
— Знаю… — подтвердил и замолчал. Надо же было наговорить всякой херни другу.
Но решил продолжить не такую болезненную для меня тему: — Так вот, Машка строит из себя верную Пенелопу, потому что инвалидом я все же не стану, хоть и восстановление идет медленно, и миллионы моей семьи тоже никуда не делись. Она прекрасно понимает, что я бы давно сменил ее на другую, но сейчас мне неохота, вот и создает нужное ей мнение. Ушлая девица, но я не намерен связывать с ней жизнь. Пока ни с кем не намерен. И отшить, как остальных девиц, тоже не могу.
