Это обсуждение случилось в “читательский час”: мы делились мнением о книге, которая рассказала нам о мрачном и жестоком мафиознике и невииной героине в его страстном и безжалостном плену.
Шмыгаю и опять замираю.
Я же не знала, что у меня муж такой же.
Господи, я эту книгу читала, пока у меня под боком спал Марк, не подозревая о том, что его жена читает, как его “коллега” натягивает по самые помидорчики придурошную героиню.
Я все пальцы искусала и перевозбудилась, но Марка не стала тормошить.
Пошла в ванную комнату и там сбросила напряжение, ведь игрища с Марком посреди ночи были для меня утомительными."
"Пока его разбудишь поцелуями и ласками, пока он поймет, чего я от него хочу… Поэтому я и побежала на цыпочках в ванную, вдохновленная воображаемым Розарио.
— Ты чего такая красная сидишь? — Марк слизывает крошки кекса с пальцев. — О чем задумалась?
Да, всем понравился Розарио, и “читательский час” нашего уютного женского клуба был занят охами и вздохами по вымышленному мужику.
Перевожу взгляд на Марка.
Какова вероятность того, что он сейчас в курсе о каждой мелочи моих встреч с “девочками”, к которым он меня в последний год очень неохотно отпускал?
— С сыном нашим веди себя прилично, — заявляет он. — Помнишь, да, не надо его настраивать против меня?
— Помню.
— Ты такая покладистая, — отставляет чашку с остатками чая. — Любо-дорого смотреть.
— Ты меня пугаешь, — честно признаюсь я. — Это все из-за страха.
— Меня устраивает, — Марк вальяжно откидывается на спинку стула. — Не зря же говорят, что хорошую женщину можно воспитать только страхом.
— Фаина тебя тоже боится?
Прикусываю язык, а Марк прищуривается. Усмехается, и я не могу понять, эта усмешка говорит мне мне об одобрении или недовольстве?
— Ее заводит страх, — Марк обнажает зубы в хищном оскале. — Она с самой первой встречи поняла, кто я.
Стискиваю зубы.
Вот как? Какая-то тупая прошманда сразу поняла, что Марк бандюган, а я была наивной дурочкой десятки лет?
— И ей нравится быть в позиции подчинения, — задумчиво продолжает Марк.
Я едва сдерживаю в себе порыв схватить чайник и выплеснуть кипяток в самодовольное лицо, но нельзя.
— А мне вот не нравится, — тихо отвечаю я. — Марк, я хочу уважения…
— Я тоже, — опять ухмыляется, — вот я тебя уважению и учу.
Встает и подхватывает со спинки пиджак, который затем накидывает на плечи.
