Развод. Мне (не) нужна твоя любовь

«Если не вернешься на верный путь, то я найду способ тебя образумить», — до сих пор звенят в голове слова отца.

Меня трясет от этой несправедливости. С чего он взял, что он может указывать как и тем более с кем мне жить? Что я вообще стану терпеть такое отношение?

Не стану. Не прогнусь.

Решит действовать — наткнется на достойный ответ.

На том и останавливаюсь.

Снова возвращаюсь к работе, однако скоро мое и без того поганое настроение портят еще больше.

Со мной через интерком связывается секретарь, сообщает:

— Артур Максимович, к вам адвокат от Евы Андреевны.

Я приподнимаю бровь, однако вслух отвечаю:

— Пропустите.

Ева сориентировалась как-то слишком быстро. Понятно, с чьей подачи.

Когда вижу адвоката, лишь убеждаюсь в своем мнении: тут явно не обошлось без Аристова, потому что у Евы попросту нет таких денег, чтобы нанять Березова Игоря — одного из лучших специалистов по бракоразводным делам.

— Добрый день, Артур Максимович. Я Игорь Бере…

— Мне прекрасно известно, кто вы. Присаживайтесь.

Темноволосый адвокат устраивается напротив, достает какие-то бумажки, с важным видом поправляет на носу очки в строгой модной оправе и сканирует меня нечитаемым взглядом.

— Я здесь по поручению Евы Андреевны, вашей жены. Она предлагает решить все мирно, без судебных разбирательств.

— И чего же она хочет? — подаюсь вперед, складывая пальцы в замок.

Адвокат заглядывает в бумаги.

— Половину дома. В случае, если вы не хотите его продавать…

— Не хочу, — киваю.

— Тогда половину стоимости.

И все? Аристов нанял адвоката только за этим?

Ева могла бы и не стараться.

Я много думал и сам решил отдать ей половину стоимости дома, только не успел сообщить. Лана, кстати, поддержала меня в этом решении, хотя я думал, будет против.

Пусть Ева думает, что я иду на уступки и вообще не в курсе, что она наставляла мне рога с Аристовым.

Пусть расслабится.

Пусть они оба расслабятся.

— Я согласен отдать половину стоимости, — говорю.

— Отлично. Но это не все, — невозмутимо продолжает адвокат.

В смысле не все? Начинаю перебирать в голове возможные варианты, чего еще хочет Ева, однако ничего не идет на ум. Вспоминаются разве что квартиры, переписанные на детей.

— Что еще? — недоумеваю.

— Пятьдесят процентов акций компании. Впрочем, Ева Андреевна согласна на то, чтобы получить эти пятьдесят процентов в денежном эквиваленте.

Березов настолько меня огорошивает, что моя челюсть со свистом летит вниз, а в висках начинает стучать от злости.