Развод. Начать сначала

Свекровь мнение сына разделяет и теперь меня ненавидит. Однажды отправила к ней Айдара с ночевкой, а он вернулся на следующий день недовольный и злой. Оказалось, бабушка устроила ему встречу с отцом, которая закончилась скандалом и слезами. Айдарик упорно не хочет идти на сближение с Азаматом, называет его предателем и говорит, что ненавидит за то, что мама из-за него плачет. Вот поэтому мои бывшие родственники сделали вывод, что в плохом отношении сына к отцу виновата несносная мать, или как говорит моя свекровь: "Диана всегда была стервой и лицемеркой, просто хорошо притворялась".

Как оказалось, Альбина Арман не долго была гадиной для свекрови. Сейчас она разве что слюни на нее не пускает и хвастает, что ее будущая келин - известная актриса. Правда, как мне рассказала Зарина, не все в семье разделяют этой радости. Во-первых, Арман изменила мужу и, как теперь все пишут, спровоцировала его. Во-вторых, после пожара, с экранов исчезла мать актрисы, которая направо и налево раздавала интервью и рассказывала о том, что Джамал - абьюзер.

Совпадение? Не думаю.

Родня Азамата разделилась на два лагеря. Одна поддержала его. Другая - меня. Сестра его умершего отца - Багиля-тате, как-то позвонила и сказала мне, что все они с ума посходили и такой, как я, Азамату больше не найти. У татешки всегда были напряженные отношения с моей бывшей свекровью, которая кстати никогда не стеснялась ругать свою золовку за глаза.

После того, как Альбина более или менее восстановилась, Азамат привел ее домой, знакомиться с родней.

Зарина, с которой мы сохранили теплые отношения, рассказала, что это был просто цирк Шапито. Ее посадили на почетное место, где по обычаям должен сидеть самый важный или старший гость. А тут - актриса, которая разрушила две семьи. Сестры свекрови все время цокали и стреляли глазами, а сама енешка ничего не замечала, как впрочем и ее сынок.

-Нет, ты представляешь, - возмущалась Зарина, - она заставила меня готовить беш на 15 человек. Я так запарилась. Так ене еще сказала за ней поухаживать.

А я на пятом месяце! Куда мне с животом пробираться в начало стола!

-Бедняжка, - искренне жалею Зарину. Ей теперь приходилось отдуваться за нас двоих.

-Ене ей сама беш наложила и тарелку отдала. А она знаешь что? Говорит, мне нельзя тесто. Это вредно для фигуры. Так долго у нас еще никто не молчал. А Аза…Аллах, какой же он дурак, сказал: “Альбине нельзя тяжелую пищу после операции”. А она такая: “Да-да, я именно это хотела сказать”.