Что он мне может сказать, что изменило бы факт того, что от него скоро родит моя молоденькая племянница?
Просто её попка и грудочка гораздо более упругие, чем мои, и у него помутился разум — он взял? А я должна его понять и простить, потому как уже не так свежа и юна как дочь моей родной сестры?
Не хочу даже слушать это.
Мне понятно, по каким таким причинам он залез на неё — просто я уже не такая красивая и молоденькая. И не желаю слушать эти унижения и объяснения причин измены или даже измен моего мужа.
Он меня променял на упругую жопу — это всё, что мне нужно понимать.
Даже не только меня, а нас — меня и нашего ребёнка, о котором я теперь говорить ему не планирую.
Он не только звания мужа не достоин, но и звания отца!
Пусть лучше моя дочь или сын не будут знать, каким мерзким ублюдком оказался их папочка! Сама подниму дитя, чай не глупая и не безрукая.
Справимся и без скотов в семье.
Я шумно вздохнула."
"На улице уже совсем стемнело, пока я решала куда же мне податься.
Гостиница и наша дача — не вариант.
Значит, стоит попросить помощи у друзей.
6.
— Аня, привет, — заговорила я в телефон, когда трубку сняли. — Извини, что так поздно звоню…
— Лана, что-то случилось? — спросила тут же подруга.
— Да, случилось, — не стала отпираться я. — По голосу слышно?
— Конечно, слышно. Я тебя уж не первый год знаю. Что там у тебя произошло?
— Да трындец полный. Я развожусь. Ушла от Руслана.
— Ушла?!
— Да.
— Ты серьёно сейчас, Ланка?
— Да. Серьёзно.
— Да погоди ты гнать горячку… Расскажи всё толком.
Что у вас произошло? Поругались, что ли? Ну и что с того? Мы с Киром по три раза на дню ссоримся, и ничего — помирились потом в кроватке, и всё нормально.
— Нет, не поругались… — покачала я головой, а из глаз опять побежали слезы. Если бы мы просто поругались…Но это не какая-то ссора, это нож в спину, убийство нашей любви и плевок на её могиле сверху.… — Давай, я потом расскажу? Это нетелефонный разговор, и вообще — холодно на улице сидеть, а я даже не знаю, куда мне податься.
— Так домой иди, ты что? — сказала Аня. — С ума сошла — среди ночи сидеть на улице в октябре?
— Домой я не вернусь, — твёрдо ответила я.
— Да почему? Пусть он уходит, если накосячил, в крайнем случае.
— Так не получится…
— Почему не получится-то?
— Ты не всё знаешь. Я потом расскажу. Куда мне поехать, как ты думаешь? Голова совсем не варит. Помоги мне, Анька, пожалуйста. Мне так…плохо…
— О господи…. Приезжай к нам, а? — предложила она. — Вот и поговорим.
