Теплый воздух лижет текущие складки. Возбуждаюсь от невинной ласки природы еще сильнее. Так, наверное, горят в аду грешники. Изводятся и мучаются. Нетерпеливо ерзаю, но Андрей лишь любуется. Смотрит мне между ног и медленно смачивает губы слюной.
— Знаешь сколько я хотел прикоснуться здесь? — прижимает два пальца к пылающей щелке. Вздрагиваю и тихо пищу. — Но ты лишила меня этого, родная.
— Не без твоей помощи, — все еще пытаюсь язвить.
— Придуркам есть прощение? — медленно дразня, водит по киске. — Ира, у меня сейчас член отвалится, — неожиданно признается, а я нервно прыскаю.
— Я сейчас кончу только от того, что касаюсь. Такое бывает?
Отвечать не планирую. Молча извиваюсь, теснее приникаю и ловлю набрякший член. Еложу по вздутому стволу вымокшими лепестками. Тремся друг о друга сильнее, закорачиваем контакт до искр из глаз.
— Такой твердый.
— Такая влажная.
— Скучала, — наконец признаюсь.
— Я скучал сильнее, — машет головой.
Не прекращаем сводящих с ума движений, болтает сильнее и резче. Чувствовать его член непередаваемо.
С болезненным удовольствием еложу и натираю.
— Я сейчас…
— Кончу.
Дернувшись, заливает упругим потоком семени. Я же, забирая свою дозу ошалевшего кайфа, набрасываю хомут на шею и прижимаюсь. Мы будто обряд очищения проходим. С потрясающим завершением божественного удовольствия приходит глобальное облегчение. Балласт окончательно сбрасывается, становится легче и правильнее.
— Ириш, — Андрей сдавленно произносит. — Прости. У меня все в порядке. Подростковый скорострел в прошлом, но я не смог совладать с собой, — пораженно шепчет.
— Сейчас все будет.
Нервно смеюсь признанию. Он такой милый, так оправдывается.
— Я в твоей обойме, Андрей. Тоже не затягивала.
Он поднимает меня, опускается на широкое кресло. Сажает верхом и стискивает поясницу. Зарывается в мою грудь, бегло проходится языком по воспаленным вершинам. Мимолетный засос вновь зажигает огонь. Ответно целую. Нежно ласкаю его губы, касаюсь языка, подбородка. Глажу подрагивающие плечи, шею. Останавливаться в исследовании нет желания.
Горю, пылаю.
— Сидеть с тобой вот так, — ранимый взгляд прошивает насквозь. — Когда я был счастливее, чем сейчас, Ир?
Качаю головой, не знаю, что ответить.
— Может когда и я?
— Я два дня назад и не мечтал, что будешь голая верхом сидеть на мне. Ты идеальная, знаешь? Шея, — трогает нежно. — Грудь. Такая красивая. Обожаю ее ласкать. Талия, — дразнит провокационными движениями. — Задница шикарная. Скучал пиздец! — сильно мнет ягодицы.
