Развод Пиковой Дамы

Инги не было, только Галина сидела за компьютером, то и дело поглядывая на свой телефон. Интересно, что случилось?

Я убрал папки с документами в сейф и вышел из кабинета.

— Светлана, если что, я на связи.

— Хорошо, Марк Денисович.

Хорошая женщина. Умная, рассудительная, быстрая. Повезло мне с секретарем.

Еще час ушел на обед и разговор в отделе планирования. Позже заглянул к аудиторам.

— Добрый день, Марк Денисович, — Галина оторвала взгляд от монитора. — Мы работаем, идет все по плану.

— Простите, — стушевалась коллега моей любимой женщины.

— Инга уехала, но скоро вернется…

В голосе девушки явственно звучали извиняющиеся нотки, словно я поймал ее за чем–то неприличным.

— Что случилось? Где Луговая?

— Ей недавно позвонили из дома. Соседка с нижнего этажа. Сказала, что в квартире Инги прорвало трубу, и она ее заливает. Марк Борисович, Инга Олеговна скоро вернется, вы не переживайте.

Не переживайте? Не получалось. Тяжелая тревога, ожидание чего–то непоправимого тяжелым комом ворочалось в груди.

Кивнув Галине, я вышел из кабинета и набрал номер Инги. Тишина. Вызов шел, но звонок оставался без ответа. Что случилось? Неужели там и в самом деле потоп? Я вернулся к себе, но мысли то и дело ускользали в сторону. Пять минут, десять. Номер из списка избранных, зеленая кнопка, гудки. Тишина.

— Светлана, вызовите машину, я должен уехать.

— Но как же так, Марк Денисович? У вас через двадцать минут переговоры с «Альтаиром», а потом совещание с финдиректором!

— Переговоры проведет Звягинцев.

Предупреди его об этом, а совещание перенеси на завтрашнее утро.

Кир Звягинцев — мой заместитель, мужик грамотный и цепкий. Отличный адвокат с хорошей предпринимательской жилкой, который прорабатывал документы по сделке с «Альтаиром».

— Все, Светлана. Мне нужно идти.

Что может внезапно сорвать человека с места? Провидение? Предвидение? Интуиция? Я понимал одно: оставаться на месте нельзя, нужно ехать, бежать. Найти Ингу. Ее молчание напрягало, пугало, гнало меня из офиса на улицу.

От башни «Око» до ее дома всего двадцать минут езды. Притормозив у подъезда, я огляделся: знакомой машины во дворе не было видно. Странно. Поднялся на четвертый этаж, пытаясь держать под контролем беснующееся сердце, которое заходилось в тревожном: — Беда!

На звонок никто не ответил, за старой деревянной дверью, которую я мог вышибить ударом плеча, было тихо. Я спустился этажом ниже и нажал кнопку звонка.