Развод Пиковой Дамы

— Когда вернешься, снова включишься в работу. На подходе большой серьезный проект, Инга, поэтому ты должна быть в рабочем состоянии, а не… — она прищурила темный глаз, оценивая мое состояние, — тенью себя прошлой. Понятно?

Кто–то скажет, что так не бывает, но Дигон всегда относилась к своим сотрудникам как к членам семьи: за хорошую работу премировала, за ошибки порола рублем и устраивала разбор полетов, причем иногда — публично.

Временами мне казалось, что глава «АуДи_Траст» знала всех не только как специалистов, но была в курсе того, чем они дышат и как живут.

— Все, Инга, тебе пора. Поезжай домой, собирайся в дорогу. Через пару часов жди сообщение от водителя.

И ладно. Сопротивляться, переубеждать не было сил. Поэтому я молча бросила телефон в сумочку, кивнула на прощание коллегам и вышла из офиса.

— Дайте мне таблетку от души,

Чтобы все пройти и не сломаться, — раз за разом повторяла строчки стихотворения, проверяя содержимое чемодана. Того самого, с которым уезжала в липовую вологодскую командировку.

Тихо тренькнул мессенджер: пришло сообщение от Аурики. Комплекс отдыха «Завидово», Тверская область. Я успела пролистать его сайт, почитала про предоставляемые услуги и скорректировала содержимое чемодана. Сменила деловой костюм на топ и льняные брюки.

Удобно устроившись в салоне такси бизнес-класса, я отправила сообщение Глебу. «Уехала отдыхать». Коротко, без подробностей. Пусть развлекается со своей Магдаленой, меня это уже не касается. Плеть измены бьет лишь раз. Не тратя время зря, открыла личный кабинет госуслуг, заполнила свою часть заявления о разводе, прикрепила квитанцию с оплаченной пошлиной и нажала кнопку «подписать и отправить». Первый шаг в новую жизнь сделан. Как пел Кипелов?

В шуме ветра за спиной

Я забуду голос твой,

И о той любви земной,

Что нас сжигала в прах,

В моей душе нет больше места для тебя.

Скоро я стану свободной!

This is a man’s world!

Этот мир принадлежал мужчинам, да. Всегда.

Они охотились на мамонтов, расширяли границы своих владений. Пыхтя и матерясь, притаскивали добычу к пещере. Бросали у входа шкуру животного, куски свежего мяса, довольно потирали руки и ждали. Ждали, когда из глубины каменного мешка навстречу выйдет та самая. Единственная.