Развод по-драконьи

Испугался, что потеряем еще раз, пока я в обмороке лежу, — голос у него подрагивал, и я замолчала.

Мы медленно летели над притихшим развороченным Лашем, намертво сцепившись в крылатый ком и оттягивая возвращение. Начнутся крики, суета, а мне так хотелось побыть здесь и сейчас — в середине пустого солнечного неба, где не было ни политики, ни правил, ни обязанностей.

Зал горел и переливался золотыми огнями, придворные стояли вдоль колонн, и их взгляды, полные живого драконьего интереса и уважения следовали за мной шаг в шаг.

Как пошутила Клео, главное, чтобы не посмертно.

Тео тогда очень смеялся, но я-то видела, шутка ему совсем не понравилась. Поэтому шлейф, отороченный мехом белой лисы, который я считала давно утилизированным, несли не четыре маленьких пажа, а сам Теофас. Одной рукой обнял меня за талию, а через вторую за спиной перекинул шлейф. Это было чудовищное нарушение этикета, но ему было плевать.

К этому моменту мы нарушили такое количество традиций, что было грешно теперь носить какой-то там шлейф по протоколу.

Сначала мы нарушили устав, поселившись в одном дворце, а после и вовсе в одной спальне. И традицию, где императрицу поднимают с кровати семь фрейлин, десять прислужниц и четыре ванные девушки, мы тоже нарушили. Я ограничилась одной Кайне, а когда выбирала горничную, взяла ту, что принесла мне кровную клятву. Видно, не сладко ей в семье было, если она согласилась отречься от клана в расчете на жалованье.

Впрочем, при дворе стерпели, даже когда мы перенесли наши кабинеты из разных дворцов в центральный. Тео работал в правом крыле, а я в левом. И все шло просто замечательно, пока я не обнаружила, что меня тошнит от зефира. А также от печенья, шоколада и карамели.

Мы неделю разгадывали странности моего аппетита, пока Клео не сказала, что у меня беременность протекает нетипично.

— Какая беременность? — севшим голосом уточнил Теофас.

После этого лекари у нас дневали и ночевали, переживая, что все идет не по правилам. Нормальная беременная драконица делается ленивой, вялой, забивается под крылышко к своему самцу и точит мясцо. В идеале стейк с кровью. А я объедалась яблоками и сутками строила дворню, собирая себе будущее Гнездо. Я и спать ложилась только потому, что Тео брал меня в захват и силой утаскивал в спальню.

Нас еще мучала бессонница.