Я распорядился о покоях в закрытой части дворца, прислуге и охране, приказал никого не впускать и не выпускать без моего ведома, после чего отправил слуг к матушке Люсьены с объяснениями и к Лильен с требованием вернуться в покои.
Как только истинная оказалась спрятана и под замками, сразу стало легче. Теперь стоило хорошенько подумать, прежде чем начать действовать, потому я решил не возвращаться на бал и отправился к себе. А у моих покоев уже топтался встревоженный Джонас. Шейный платок был распущен, верхние пуговицы рубашки расстёгнуты, волосы взъерошены, а на щеке красовался след от ногтей.
— Что происходит, Аргос? — прямо спросил он, присматриваясь к моему лицу.
— Кто тебя так?
— Лильен. Я неудачно пошутил. Слишком пошло.
— Понятно, — хмыкнул я, коснувшись щеки. Какая же Лильен своенравная. — Идём. Это закрытый разговор, — и толкнул дверь своих покоев.
Похоже, придётся вернуться к прошлому обсуждению и на этот раз изменить решение.
Глава 10.2
— Так что случилось? — поторопил меня Джонас, когда мы присели на софу, и я возвёл вокруг нас полог тишины.
— Кто эта девушка и почему Лильен такая злая?
— Люсьена — моя истинная, — произнёс я, скользя взглядом по разложенным на журнальном столике инструментам. Как же всё резко поменялось всего за несколько часов. — Когда почувствовал её запах, поплыл, можно сказать, покинул реальность, — от воспоминаний на губах сама собой появилась улыбка.
Но взгляд снова наткнулся на инструменты, и она увяла. В голове творился полнейший хаос из чувств и мыслей.
Я успел полюбить Лильен, но инстинкты тянули меня к истинной. И она была так близко… Хотелось прервать разговор, отправиться к ней и получить то, что так страстно желаемо. Люсьена — безропотная, наивная девушка, она позволит мне всё.
«Посмотрим, как пройдёт бал», — вспомнились игривые слова Лильен.
В груди разгорелось чувство вины. Она ведь тянулась ко мне, была готова впустить в своё сердце, но судьба сыграла против нашей пары. Наверное, хорошо, что я не тронул жену.
— Истинная? Ты же говорил, что аромат Лильен для тебя особенный, — Джонас недоверчиво хмурился.
— Так и было. Но аромат Люсьены ярче, он пленяет, лишает рассудка. Это не объяснить и не сравнить с тем, что я испытывал рядом с Лильен.
Джонас выругался и прикрыл глаза. Вряд ли сейчас он был способен радоваться за меня, его пугали возможные последствия. Впрочем, не только его.
— И что теперь делать? — распахнув веки, он пронзительно посмотрел в мои глаза. — Ты женат на Лильен.
