Онлайн-библиотека книг
Привязанные гири к щиколоткам превращаются в воздушные шары, когда замечаю Кречетова, выходящим из машины. Насупленный, обиженный.
Сердце исходится в нервных метаниях, когда он улыбается краешком губ. Через силу, знаю. И не представляю, что муж чувствовал, пока я была в ресторане. Макс ведь даже не знал, что я проговорила с Оскаром всего пятнадцать минут.
– Я начал думать, что ты решила сбежать, – сквозь натянутую улыбку говорит.
– Ты же знаешь, что уже без шансов на побег, – отвечаю в губы.
– А я кое-что придумал.
Его глаза как подожженные фитили свечей. Светят, греют и чуть обжигают.
– Разрешите пригласить вас на свидание, Ольга Кречетова.
глава 36
Оля.
В машине Макс не говорит, куда нас везет. Но выглядит несколько напряженным. То и дело посматривает на меня. За секунду, кажется, считывает мое состояние. И думает о чем-то, думает.
– Может, поделишься планами? – на выдохе произношу.
Часть вопросов закрыта. Я теперь знаю, кто стоял за всеми сливами и статьями. Осталось только понять, что мы ждем друг от друга.
Готовы ли идти дальше и пробовать снова?
– У меня много планов, – размыто отвечает.
Перевожу взгляд на его руки, которые плотно сжимают ободок руля. Тот скрипит от его силы трения.
И… улыбаюсь. Первый раз за последние дни я искренне улыбаюсь.
– Ну, для начала, куда мы едем. Ты сказал свидание?
– Именно.
И снова молчит.
Намеренно ничего не говорит.
Вспоминаю, как раньше меня раздражало его молчание. Ведь хотелось все знать и контролировать.
А с Максом так нельзя.
И сейчас стараюсь расслабиться, пробую довериться. Откидываюсь на спинку кресла, прикрываю глаза. Рука рефлекторно ложится на область живота.
– Я помню, что ты не совсем любишь сюрпризы, – спустя несколько светофоров говорит.
– Но ради тебя я к ним готова, – уверенно сообщаю и поворачиваю голову, чтобы хотя бы посмотреть на его профиль. Красивый, четкий.
Я же влюбилась в Кречетова с первого взгляда.
Острая стрела пронзает область сердца насквозь, когда видишь абсолютно незнакомого, но красивого человека. Все тело реагирует на его близость, становишься не такой, как обычно. Неуклюжей, неловкой, говоришь всякую хрень и улыбаешься по-дурацки.
А потом все рушишь.
– А если я что-то экстремальное придумаю? – с хмыком спрашивает.
– Нет, – уверенно отвечаю, – ты сам не любитель экстрима.
