Развод. Предатели

Но я все-таки собралась и продолжила, — меня тут пригласили… в ресторан.

— Кто? — тут же спросил он.

Небольшая неуютная заминка. Во время которой я покраснела, как не целованная школьница. Сейчас о скажет: мать, хватит дурью страдать, песок уже сыпется, а она по ресторанам собралась…

Однако вместо этого Влад совершенно деловым тоном начал задавать вопросы:

— Как зовут? Сколько лет? Чем занимается? Какие у него намерения?

Я все рассказала, не таясь. И про енота, и по то, как он мне помогал, и все остальное.

Сын внимательно выслушал, а потом сказал:

— Ну, что ж…познакомишь, когда приеду.

— То есть ты даешь добро?

— Мам…тебе он нравится?

Я снова покраснела, но ответила честно:

— Тогда просто наслаждайся общением и ни на кого не оглядывайся. Я хочу, чтобы ты была счастливой. Вдруг этот твой Никита, как раз тот, кто тебе нужен? Не зря же он появился рядом в такое время… Но, если вдруг обидит, ты только скажи! Приеду – все зубы ему пересчитаю.

— Надеюсь, до этого не дойдет.

Почему-то мне казалось, что они бы легко нашли общий язык.

Мы еще немного поговорили, а потом я поехала домой. Нужно было приготовиться: нарядиться, накраситься — впереди ждал хороший вечер

Никита заехал за мной ровно в назначенное время.

Бросив напоследок взгляд на свое отражение в зеркале и убедившись, что выгляжу весьма достойно, я выскочила из дома.

Давно забытое томительное волнение сжимало сердце… да что уж скрывать, коленки тоже тряслись, как и все остальное тело. Я чувствовала себя девочкой, первый раз попавшей на свидание.

Он встречал меня с букетом. Огромный такой букетище белых роз, от которого я растерялась. Смотрела, то на крупные бутоны, то на мужчину и мямлила:

— Еще как стоило, — сказал он, распахивая передо мной дверцу машины, — прекрасные цветы, для прекрасной женщины.

И посмотрел так…странно…с восхищением, что ли?

Ну и вот как тут не покраснеть?

Садясь в машину, я чувствовала смятение и с превеликой радостью уцепилась за вопрос Ника о том, как прошел мой первый рабочий день.

О клинике я могла болтать бесконечно. Тем более, что видела неподдельный интерес со стороны собеседника.

Ему было не плевать! Когда я пыталась Ланскому рассказать о том, как проходил очередной визит в приют, у бывшего мужа становилась такая физиономия, будто ничего скучнее в жизни он не слышал, и все силы уходили на то, чтобы не начать зевать.