Развод. Предатели

Самое страшное, что пока фирма была в чужих руках – они рвали ее на части, потрошили, стараясь выжать все по максимуму здесь и сейчас и не думая о дальнейших перспективах. Николай бесился от злости и собственного бессилия, когда видел, как безжалостно по кускам разламывали все, что он строил на протяжении долгих лет.

Он уповал на свои связи, но выяснилось, что не так уж они и крепки. Одно дело, когда ты на коне и обращаешься к кому-то за услугой, на которую можешь равноценно ответить, и совсем другое, когда такой возможности нет.

Вдобавок слухи уже расползлись и стали достоянием общественности, в результате чего его деловая репутация стремительно покатилась вниз. Как-то не спешили бывшие «друзья» протягивать руку помощи человеку, который так бездарно просрал свое детище. Ему больше не доверяли и не считали выгодным партнером, на которого можно положиться.

Сколько раз ему пришлось выслушивать что-то на подобии:

— Николай Павлович. Я бы помог, но…

— Я бы с радостью, но не могу рисковать.

— Сочувствую, но я – человек маленький, ничего не могу…

А кто посмелее и почестнее говорили прямо:

— Помогать не стану. Мне не нужно такое пятно на репутации.

— У меня на кону важные переговоры. Если узнают, что я с тобой связался, то мигом все накроется. Я подставляться не стану, даже не проси.

И все в том же духе.

На своей шкуре Ланскому пришлось прочувствовать приписную истину: в бизнесе не прощают тупости и ошибок, а тупых ошибок и подавно.

Конечно, были и те, кто не отвернулся. Те, кого знал давным-давно, с кем стоял плечом к плечу еще на заре своих дел. Берг, Прохоров, Смирнов… Только что они могли против той лавины, которая разрасталась с каждым днем, принося все больше и больше убытков и разочарования? Ничего.

Ланской продолжал борьбу, хотя и понимал, что даже если ему и удастся выиграть все суды и доказать, что фирма принадлежит ему, это будет уже не тот процветающий бизнес, который был прежде. Это будет выжатая, выдоенная насухо, обескровленная тушка.

Хорошо хоть часть, записанная на Влада, вовремя отсоединилась, и теперь не летела в пропасть вместе со всем остальным.

И хорошо, что Вера не поддалась на его пьяные уговоры, и не позволила втянуть остатки семейного дела в эту вакханалию. Он и без того на нервах совершал ошибку за ошибкой, и не было никаких гарантий, что в своей одержимости не просадил бы оставшееся. А так сохранится хоть что-то.