Развод. Предатели

Я уговаривала себя, что надо просто пережить этот момент, а потом будет легче. Просто пережить.

Секретарша в приемной, увидев меня, тепло улыбнулась:

— Здравствуйте, Вера Андреевна, давно не виделись. Как ваши дела? Вы вроде похудели?

— Да я только из больницы. С пневмонией лежала.

— Ох, ты. Как же вы так? Беречься надо.

— Пытаюсь, — скованно ответила я, — Николай у себя?

Похоже, слухи, о том, что начальник разводится со своей старой курицей женой, еще не разошлись по офису, иначе бы секретарша так спокойно себя не вела.

Я направилась к двери, но она распахнулась за миг до того, как я коснулась ручки. На пороге стоял хмурый Николай:

— Явилась? Мы тебя заждались.

Я пришла немного раньше. У меня еще было десять минут, и он это знал. Марина наверняка предупредила его, когда мы подъехали.

— Боялся, что не приду?

Он ничего не ответил. Только бросил быстрый взгляд на секретаря, потом шире распахнул дверь и посторонился, пропуская меня внутрь.

На кожаном диване в углу кабинета сидел усатый мужчина весьма представительного вида.

Подписание бумаг много времени не заняло. Николай не обманул – открыл на мое имя счет с указанной суммой, предоставил документы на новую квартиру, а также на нежилое помещение. Все четко. В делах он всегда был верен своему слову. Жаль, что в браке верность не сохранил.

Уходила я от него женщиной обеспеченной и совершено свободной.

Вот только, что делать с этой свободой, я понятия не имела. Всю свою жизнь ставила во главу стола семью, а теперь внезапно образовалась пустота, которую я не знала, чем заполнить.

В сумке валялась папка с документами, в кармане – ключи от нового жилья, а что дальше – не понятно.

Ехать в пустой незнакомый дом не хотелось, поэтому я позвонила Любе:

— Давай ко мне! — сходу заявила она, — Жду!

Пока я топталась под козырьком, прячась от вновь зарядившего дождя, и ждала такси, возле входа притормозила служебная машина Ланского.

Водитель несмотря на непогоду выскочил из салона и распахнул заднюю дверь.

И первое что я увидела, это длинную стройную ногу на шикарной шпильке…

А потом и ее обладательницу.

С грацией пантеры она поднялась по ступеням, прошла мимо меня, даже не повернув головы и скрылась за разъезжающимися дверями. А я так и стояла, прижимая руку к груди, и чувствовала себя самой никчемной. Неподходящей. Как старая пара кроссовок, которую отвезли на дачу, а на ее место купили шикарные туфли.

Признавать это неприятно, но отрицать бессмысленно.