Развод. Расплата за обман (СИ)

 — То ли дело я… молодой, перспективный, обаятельный…

— Шут гороховый, — перебивает его мой муж, заканчивая фразу.

— С которым ты решил связать свою жизнь, — ничуть не смущаясь продолжает Арсений. — Я тут почитал вчера, узы крестных еще покрепче узов брака будут. Тут одним разводом не отделаешься, знаешь ли…

— Намекаешь, что в случае чего мне придется принять более кардинальные меры? — невозмутимо предлагает Марк и многозначительно проводит ребром ладони по горлу.

— И это я еще шут? — возмущается его друг. — Хотя нет… если выбирать из нас троих, то шут тут явно Рав.

При этих словах мы все вслед за ним переводим взгляд на двери храма и видим Равиля с огромным, нет, просто громадным плюшевым медведем в руках. Точнее, медведицей. У нее до ужаса смазливая мордашка с длинными ресницами и ярко-розовыми губами, сложенными на манер утиного клюва. А на бедрах красуется короткая фатиновая юбочка. Этой медведице только стриптизерскийх каблуков не хватает и можно сразу выходить на сцену в клубе Равиля.

— Вот, — с сияющей улыбкой он протягивает развратную медведицу Марку.

— Рав, — закатываю глаза, — эта игрушка больше Коли. Нам скоро отдельную квартиру придется покупать для всех подарков.

— Так это не для Коли, — невозмутимо произносит он. — Это для твоего мужа.

— Придурок, — сквозь улыбку шипит Марк, а я перевожу взгляд с одного мужчины на другого, пытаясь понять скрытый смысл этих шуточек.

— Все для тебя, дружище, — радостно заявляет Равиль и похлопывает его по плечу так сильно, что не удивлюсь, если вечером обнаружу на этом месте синяк.

Боюсь, если бы не батюшка, это цирковое представление длилось бы еще долго, но к счастью, нас зовут в центр зала и объявляют, что для церемонии все готово.

Все происходит настолько красиво, что я даже забываю как дышать. Хватаю руку Марка и сжимаю крепко-крепко. Возможно даже причиняю ему боль. Но он не возражает. Смотрит то на сына, то на меня. И несмотря на то, что самому моменту крещения он вряд ли придает столько же значения, сколько я, сейчас он всем сердцем с нами.

Но даже несмотря на то, что все мое внимание приковано к сыну, я не могу не заметить, как вздрагивает Виола, когда Арс касается ее, чтобы передать крестик. Она посылает ему робкую благодарную улыбку, а он лишь кивает в ответ, но делает едва заметный шаг ближе к ней.

Вряд ли моя подруга сама заметила этот жест.