— Ваша Светлость, — процедила я сквозь зубы, с трудом натянув на лицо вежливую улыбку, — позвольте проводить вас до двери?
— Это будет просто замечательно.
Дети разочарованно загудели, но я жестом показала им рассаживаться по местам, и они неохотно подчинились, продолжая бросать на Аррона откровенно восхищённые взгляды.
Я стремительно пошла на выход, а бывший муж следовал за мной с обманчивой покорностью. Более чем уверена, что он ведёт какую-то одному ему известную игру. И едва мы вышли в сени, как я обернулась, содрогаясь от возмущения.
— Только попробуй навредить детям, — зашипела на него гадюкой, стараясь говорить как можно тише, чтобы никто нас не услышал. — Какой ещё, к чёрту, меценат? Что ты задумал, Аррон? То выбрасываешь меня из дома как сломанную вещь, то вновь с ноги врываешься в мою жизнь, уверенный, что я последую за тобой, теряя туфли, а теперь разыгрываешь благодетеля перед детьми? Такой, как ты не ведает добра, Аррон. И если ты обидишь хоть одного из них, клянусь, я тебе…
Договорить я не успела.
Герцог прижал указательный палец к моему рту, глядя на меня сверху вниз. Неожиданное прикосновение обожгло кожу, и я резко отпрянула, увеличивая дистанцию между нами. От той уязвимости, что мелькнула в его глазах, когда он прижимал меня к сердцу, не осталось и следа.
Передо мной снова стоял привычный Аррон Грэй. Холодный, расчётливый, с глазами цвета сапфирового огня.
— Я всегда получаю то, что хочу, Элизабет, — произнёс он тихо, но голос дракона был буквально пропитан высокомерием.
— Просто выбираю разные пути. Если для того, чтобы вернуть тебя, мне придётся стать меценатом захудалой школы с безграмотными отпрысками деревенщин — так тому и быть.
— Ах, вот оно что… — я горько усмехнулась, недоумевая про себя, как вообще могла ему поверить? Даже на крохотное мгновение! В груди разлилась тупая боль, как будто старая рана вновь открылась. — Да любой из этих деревенщин гораздо человечнее тебя! Чудовище!
Я надеялась, что смогу его задеть, но лицо осталось неподвижным.
Лишь в глазах на мгновение мелькнула тень.
То ли гнева, то ли... боли?
— Сочту это за комплимент, Элизабет, — от ледяного равнодушия герцога по спине побежали мурашки. — И моё решение не обсуждается. Вопрос только в том, каким образом мы уедем — с твоего согласия или без.
— И что, подкупить детей — это твой план? — спросила с вызовом и скрестила руки на груди, пытаясь унять дрожь.
