Развод с драконом. Служанка в заброшенной усадьбе (СИ)

Я уже собиралась снова провалиться поглубже, когда услышала:

— Приходил целитель. Прошло четыре месяца с тех пор, как ты здесь лежишь. — Пауза, мужчина вздохнул. — Твой ребенок научился стоять, а Саргас украл у него мед из каши. Даже от тебя отошел ради такого случая. Тебя вообще хоть что-нибудь интересует в этом мире?

От его голоса веяло угрозой, и я поспешила спрятаться в темноту, но все равно услышала:

— Целитель сказал, что ты уже не очнешься, что это называется кома. Что ты давно мертва, а телу позволяет дышать магия из тех оставшихся пробирок, что я успел в тебя влить до твоей смерти, драконья микстура.

Что пора тебя отпустить."

"Я не понимала ровным счетом ничего из того, что он говорит.

— Я послал его в задницу.

Пауза.

— Уверен, ты меня отлично слышишь, просто слишком идиотка, чтобы…

* * *

В следующий раз я пришла в себя, когда почувствовала прикосновение чего-то твердого, теплого к губам.

У меня есть губы?

— Нет, я в самом деле надеялся, что поцелуй любви сработает. Стоило попробовать.

Но мы же не в сказке.

* * *

В следующий раз я почувствовала свое тело. Потому что его, определенно, кто-то обнял. Кто-то, пахнущий мятой и перцем, и твердый, и… Руки убрал!

Я совершенно точно была уверена, что против его прикосновений!

Ощущения упрямо возвращались, почему-то стало больно. Болело ровно все тело, а еще в веки буквально врезался свет. Я поспешно нырнула обратно, туда, где темно, тихо и спокойно.

— Не принимай на свой счет, но я решил проводить побольше времени с тобой в обнимку, — проговорил мужчина.

— Кажется, это единственный безболезненный способ подпитать тебя магией, микстуры запретил целитель.

У него в руках было… тепло. Но слишком много! Я слишком много чувствовала.

И мне не нравилось!

— Почти как муж и жена, — тихо проговорил мужчина. — Ничего, я еще спущу идиота-целителя с лестницы, когда ты придешь в себя и снова начнешь действовать мне на нервы.

— И-и-и! И-а-н! — вдруг раздалось детское гиканье.

— Ко-ри-ан, — поправил мужчина и зашевелился.

— Иди сюда. Будешь себя хорошо вести, если я тебя уложу рядом с мамой? А пинать не будешь? Ты… так, только не говори, что ты опять промочил пеленки, молодой человек! И ты предлагаешь мне их менять? И не говори, что не можешь сам!

Кровать скрипнула, и прикосновения мужчины исчезли. Раздался шорох ткани, в нос ударил резкий едкий запах. А потом зазвучало совершенно однозначное журчание.

— Твою мать! — заорал мужчина спустя долю секунды.