Это просто нежелание видеть чужие лица. Ведь здесь мы сможем обговорить с Тимуром все нюансы нашего сотрудничества, не опасаясь чужих ушей. Да, именно так.
– Ничего себе, – я вздрагиваю от голоса Тимура. Аврамов появляется слишком неожиданно, из-за собственных мыслей я не услышала как он вошёл в комнату.
Тимур останавливается в нескольких шагах от меня, с интересом рассматривая стол.
– Решила, что здесь будет комфортней. Погоди минут пятнадцать, я переоденусь, а потом мне понадобится твоя помощь, – приветливо улыбаюсь, а сама заставляю себя не таращится на бывшего мужа.
А еще надеюсь что мой голос звучал безразлично, не хочу чтобы он решил, что я старалась для него."
"Я выбираю короткий голубой сарафан, быстро поправляю прическу и возвращаюсь в гостиную. На столе уже стоит бутылка хорошего вина. Тимур окидывает меня изучающим взглядом. Я замечаю огонек, который загорается на дне его глаз. Я отчего-то начинаю нервничать. Словно мы и в самом деле на свидании.
– Поможешь мне из кухни принести блюда? Ты не ответил на мое сообщение во сколько будешь, поэтому я поместила еду в термопакеты, чтобы она не остыла.
– Конечно, – Тимур выглядит задумчивым и немного растерянным. А еще я ясно читаю в взгляде предвкушение. – У меня телефон сел, не видел что ты писала мне, – поясняет он, отрывая наконец-то взгляд от выреза на моей груди. От его такого пристального внимания вспыхивают щеки. А ещё я отчетливо вспоминаю наш сегодняшний поцелуй.
К счастью, в пентхаусе тихо, ни Лилю, ни кого-либо еще мы не встречаем.
Тимуру доверяю поднос с мясом и гарниром, сама же достаю из холодильника салат и две порции чизкейка. Брови Аврамова взлетают вверх, на лице появляется довольная улыбочка, но я делаю вид что не понимаю с чего это он вдруг так повеселел.
Я немного волнуюсь. Руки подрагивают и я роняю вилку. Приходится вновь возвращаться в кухню за столовыми приборами. Слишком пристальный взгляд Тимура прожигает меня насквозь, вызывая странную реакцию. Не должна я такого к нему чувствовать. Только не к бывшему мужу.
– Выглядит аппетитно, – произносит он, когда я наконец-то заканчиваю сервировать стол и мы садимся друг напротив друга.
– Спасибо.
– Сто лет не ел ничего домашнего. А уж приготовленное женщиной, которая живет в моем доме – подавно.
– Не преувеличивай, всего лишь восемь, а не сто.
– И то правда, – усмехается он и отрезает кусочек мяса. Я внимательно слежу за тем, как он подносит вилку ко рту. Хочу по его выражению понять понравилось ему или нет.
