Но как мне было справляться самой?
Я всегда была однолюбом, и сейчас была уверена, что мои чувства к мужу вот так, в одночасье, не исчезнут.
На скорую руку сварила кашу, налила поверх немного варенья, и поставила тарелку перед сыном.
- Кушай, сынок.
Я посмотрела на время, и поняла, что мы немного выбивались из графика. Сегодня по плану у нас была первая консультация с нашим хирургом. Мы ещё не встречались с ним лично, и я очень ждала этой встречи, особенно, после того, как Наташа угрожала мне, что переставит операцию Лёвы.
Почему-то личная встреча с врачом казалась гарантией того, что всё случится. Ну не мог же врач смотреть в лицо тебе и твоему ребёнку, а после взять и перенести операцию без каких-либо объяснений.
К клинике, которая по словам Наташи должна была вскоре перейти к ней, я подходила с небольшим волнением.
Радовало то, что только консультация у нас должна была пройти здесь, так как врач работал в нескольких местах, и сегодня консультировал по этому адресу, а сама операция была запланирована в другой больнице.
Ещё и это позволяло мне надеяться, что у Наташи нет стольких рычагов давления, чтобы как-то вмешаться.
Мы пришли чуть раньше, и у двери, с табличкой «Юсупов Никита Александрович», сидели в очереди ещё несколько человек.
Я видела фотографию Никиты Александровича в интернете, но, когда мы с сыном зашли в кабинет, готова была признать, что фотография с живым человеком имели мало что общего.
Наш хирург оказался очень привлекательным мужчиной, и я даже немного растерялась.
Высокий, на голову выше меня, медицинская форма местами была натянута рельефной фигурой, аккуратная щетина на подбородке добавляла его образу брутальности, как и нос с легкой горбинкой.
Не удивительно, что к нему была такая очередь. Боюсь, попасть к нему хотели не только из-за профессиональных качеств.
Если бы я была свободна, и не мучилась разбитым сердцем, наверняка обратила бы на мужчину внимание, но зато быстро взяла себя в руки.
- Добрый день, Маргарита Кольцова. Кольцов Лев записан к вам на операцию.
Она должна была быть через три недели, но нам позвонили на днях, сказали, что удастся перенести, и можно уже через неделю сделать.
Мы встретились с врачом взглядами, и он застыл на несколько секунд, после чего кивнул и улыбнулся.
- Да, конечно, проходите, присаживайтесь.
А после он обратился к моему сыну, который прятался за моей ногой.
- Привет, богатырь! А ты у нас, значит, Лев? – Врач подошел чуть ближе, и присел на корточки.
