На самом деле, демоны живут в людях, потому что только они причиняют нам истинную боль и несчастья.
Это я тоже оставляю в прошлой жизни.
Скидываю пуховик, прохожу в ванную комнату, раздеваюсь и встаю под горячие капли. Смываю с себя следы вчерашней ночи. Стараюсь не думать о последствиях, которые могут меня настигнуть, — я все-таки полагаю, что беременность крайне маловероятна.
Кутаюсь в мягкий халат и возвращаюсь в комнату. Тут просто арктический холод, но это хорошо. Пусть выветрится отсюда все. Закрываю окно, прохожу на кухню и готовлю себе завтрак: молочная каша и травяной чай.
"
"Поздравляю родителей с новым годом, обещаю приехать через пару дней и погостить у них. Какое-то время болтаю с мамой, ни о чем, просто потому что рада слышать родной голос.
Пишу Лене Владимировне, что выйду на работу после новогодних праздников, а после отправляю сообщение Алене, в котором приглашаю их с Тимохой прогуляться.
Прошу своего мастера по маникюру записать меня на ближайшее время. То же самое проделываю с парикмахером.
Наверняка все эти люди думают, что я сошла с ума, написывая им рано утром первого января. На самом деле, я, как никогда, чувствую себя прекрасно стабильной.
Я не прячусь, не бегу никуда. Я просто впервые в жизни живу сама и пытаюсь заполнить свою жизнь тем, о чем мечтала когда-то. Кстати, о мечтах.
Всегда хотела попробовать йогу, но Элеонора Константиновна, мать Мирона, говорила, что это занятие для сброда. Конечно, лучше же собираться за чашечкой чая и полоскать в говне всех, кого только можно, вот это точно — времяпровождение для интеллигентов.
Нахожу в поисковике ближайший зал с классом йоги, оставляю на сайте заявку.
Включаю фоном музыку, поливаю цветы и разбираю вещи, что-то отправляю в стирку, что-то убираю в шкаф. Когда-то давно я покупала детские вещи. Сейчас их нет. Ни одной распашонки. Ни одного чепчика. Мирон или Алена? Спрашивать не хочу, кто бы это ни был — этот человек поступил правильно. Как раз в это время начинает звонить телефон: Алена предлагает сходить на рождественскую ярмарку.
Я тепло одеваюсь, крашусь и отправляюсь на встречу с ними.
— Скажи, что ты в порядке и это не Мирон принудил тебя пойти с нами на прогулку? — бормочет Аленка и добавляет Тимохе в чай сахар из стика.
Ребенок откусывает крендель и увлеченно рассматривает людей, кружащихся на ледовом катке.
Я расслабленно смеюсь:
— Мирон меня ни к чему не принуждает.
— А как же «Алена, он заставляет меня готовить еду!»? — передразнивает она меня.
