Развод. Ты не уйдешь (СИ)

— Я тебя не отдам! Никому не отдам! Слышишь?!

— Не отдавай, — сдаюсь. — Глеб…

— Ну, что? Что, Олька?! Завела меня… До трясучки. До белого каления доводишь. Издеваешься?

— Хватит. Не сходи с ума, — шепчу в его губы.

— Как? Я хочу тебя… Мне крышу сносит.

— Остынь.

— Нет, горю. Остыть могу только в тебе.

Мои щеки заливает краской смущения и желания.

— Глеб… Нам ехать пора.

— Нет. Ответь. Ты хочешь меня?!

Дыхание перехватывает.

— Глеб! Это нечестно…

— А что, по-твоему, честно? Заигрывать с другим мужчиной за моей спиной.

— Я не заигрывала.

— Но и не оттолкнула.

— Да. Мне было плохо. Плохо от всей гадости, которую ты мне говорил, делал, угрожал… Иван проявил сочувствие и внимание, ничего не просил взамен. Мне с ним спокойно.

— Потому что тебе на него плевать. Вот почему тебе спокойно.

— А рядом с тобой — бывает больно.

— И мне, Олька… И мне с тобой — больно. Потому что люблю… И не хочу потерять.

Еще раз целуемся. На этот раз инициатива принадлежит мне. Глеб отвечает, гладит меня всюду, углубляет поцелуй.

— Глеб…

— Тихо. Просто наслаждайся…

— Глеб, я…

— Да, ты… Сладкая, горячая, моя любимая девочка… Ох, как я тебя хотел всегда… И сейчас…

Его руке ужасно тесно, но это не мешает Глебу меня ласкать. Я сдаюсь под напором его поцелуя и горячих ласк, от которых растекаюсь почти сразу же, испытав мощный взрыв удовольствия.

— Соскучилась?

— Да… — всхлипываю, принимая его ласки. — Даааа…

— Какая красивая ты у меня.

***

Эти несколько минут сумасшествия в машине на обочине. Я потом понимаю, что нас могли видеть те, кто проезжал мимо, и смущаюсь еще больше.

— Нас могли видеть. Видеть, как мы…

Голос срывается. В какой-то момент я сама потянулась к мужу, он помог мне расстегнуть его джинсы, и мы снова забылись, ласкаясь так, словно впервые получили доступ к телу.

— Это самый горячий петтинг, что у меня был, — признается Глеб.

— Теперь у меня такой вид… Потрепанный!

— Такой и должен быть у жены, любимой своим мужем.

***"

"Приводим себя в порядок, едем в участок. Глеб держит меня за руку, переплетая наши пальцы.

Показывают задержанного. Ему за тридцать, мускулистый, лицо немного неприятное. Нет, не видела его раньше!

— Знаете его? — уточняет Иван.

Он спрашивает у меня и у Глеба, потом опускает взгляд, скользнув по нам.

Кажется, догадался, что мы снова близки.

— Нет, я его точно не знаю. А ты?

Глеб тоже отрицательно качает головой.