— Я вынашивал планы Ярика убить, — Юра равнодушно пожимает плечами. — Красивую такую картинку себе нарисовал… Знаешь… Он такой весь в крови, на коленях… Я смотрю в его глаза и он мне шепчет… Прости меня, Юрочка… Я так ошибался, так ошибался…
— Юрочка? — приподнимаю бровь."
"— А я его пинаю в грудь, он падает в яму и кричит… Однако, — Юра поднимает указательный палец вверх. — Красиво пнуть его в грудь я не смогу. Понимаешь? Я же толстый. То есть велик шанс, что я пну его и сам завалюсь колобком назад, — вздыхает.
— Ну, я передумал его убивать и отпустил с миром. Смысл в его смерти, если она будет комичной? Он в яме, я в грязи, лапками туда-сюда дергаю и кричу, чтобы меня подняли.
— Я теперь понимаю, откуда у Ярика такое странное чувство юмора, — вздыхаю я.
— Это я тут не виноват, — Юра поднимает руки в защитном жесте у груди. — Он сам сразу такой ко мне пришел. И чем тебе его шутки не нравятся?
— Я не сказал, что они мне не нравятся.
Иногда в тупик ставят, — пожимаю плечами, — потому что не всегда понятно, когда он серьезный, а когда шутит.
— В каждой шутке есть только доля шутки, Глеб.
— То есть ты действительно хотел Ярика убить?
— Да мало ли чего я хочу, — Юра хмыкает. — Я вот еще на луну хочу или домашнего моржа.
— Может акулу?
— Банально.
— Крокодила?
— Банально.
— Ладно, соглашусь, — смеюсь. — О домашних моржах я еще не слышал.
— Жена не разрешает, — Юра печально так смотрит на меня.
— Говорит, что ей в жизни уже хватает одного моржа. Второго, говорит, не выдержит.
Я зависаю на минуту. Он действительно задумывался о том, чтобы завести моржа?
— Слушай, у меня вот рыбка, — наконец вздыхаю я. — Золотая рыбка. Не морж, конечно, но нервишки успокаивает. Плавает по кругу… И жена точно не будет против.
— Да сдохнет она у меня, — Юра кривится.
— Слушай, у меня рыбка не сдохла с тремя детьми. Дерганная чуток, но живая.
— То есть и рыбки могут быть нервными и дергаными? — Юра приподнимает бровь.
— Да, — серьезно отвечаю я.
— Я понимаю, почему Ярик ушел к тебе, — Юра поглаживает щеку, — это только ты можешь на серьезных щщах говорит о дерганной золотой рыбке.
— Да я тебе не лгу, — смеюсь. — Она реально дерганная после всего, что пережила. У нее точно есть посттравматический синдром. Но живая. И я думаю, что твой морж точно бы откинул ласты, а рыбка живая.
