— Неблагодарная девчонка! Ты еще пожалеешь…
Он кричит что-то мне вслед, но эта речь остается за громко захлопнутой дверью и отзывается лишь шумом в ушах. Мне кажется, я сейчас потеряю сознание от внутренней, разрывающей каждый орган, боли.
Я бы упала, если бы не Артем, который подхватывает меня в коридоре и молча, не задавая ни одного вопроса, выводит из этого адового дома, кишащего гарпиями и церберами.
Он сажает меня в машину и быстро увозит отсюда.
Едем молча, я пытаюсь прийти в себя, Тема поглядывает на меня искоса.
Слез нет, потому что это боль такой выжигающей силы, которая не оставляет ни единого шанса на плач.
— Расскажешь? — спрашивает он у подъезда.
Коротко пересказываю наш с отцом разговор.
— Я поеду к нему, — произносит решительно. — Это переходит всякие границы.
Хватаю его за рукав и заглядываю с мольбой в глаза:
— Миленький, пожалуйста, нет! Не лезь туда. Я все ему высказала, дальнейшего диалога на эту тему быть не может. Оставь. Я оставила, и ты сделай то же.
Битый час уговариваю Артема, который морально уже убил отца и четвертовал его, но все же у меня получается убедить его оставить все это.
Пока мы спорим, на улице начинается ливень, который с силой бросает холодные капли в стекло.
Целую брата и поднимаюсь к себе.
Вхожу в квартиру, направляюсь на кухню.
В распахнутое окно, которое я забыла закрыть, хлещет дождевая вода. Ваза с огромным букетом валяется на полу. Кругом осколки и вода, красные бутоны рассыпаны, как капли крови.
Поднимаю руку и скребу грудь в районе сердца.
Не к добру все это.
Глава 18
Ксюша
Приезжаю в офис. Работа кипит вовсю.
— Ксения Александровна! — чуть ли не в ноги мне падает одна из сотрудниц моей команды. — Как хорошо, что вы пришли! Евгений Станиславович попросил не беспокоить вас, но мы откровенно зашиваемся с открытием ипподрома.
Вываливает на меня ушат информации. Слушаю, киваю. И тихо бешусь.
— Мила, я все поняла, — киплю пипец как. — Я сейчас схожу к боссу, поговорю с ним.
— Да-да, — оживляется она и убегает работать.
Захожу в кабинет и оставляю там сумочку, скидываю пиджак, потому что бросает в жар. Тут же направляюсь к Жене.
— Ларис, босс на месте? — спрашиваю у его секретарши.
Та тоже в мыле. Вскакивает с места:
— Ксюшечка Александровна! Слава богу, вы пришли! Он у себя.
Ясно. Все в шоке, одна я в отпуске.
Со злостью толкаю дверь и смотрю на Женю. Его волосы взъерошены, рукава белой рубашки закатаны до локтей.
