— У меня есть апартаменты в жилом комплексе в элитном районе, — отвечает спокойно.
— Я не буду жить с тобой! — произношу шокированно.
Амаев смотрит на меня снисходительно:
— Ксюша, я и не собираюсь жить с тобой. Мне есть где жить, поверь. Эти апартаменты будут принадлежать тебе, и только ты будешь там хозяйкой.
— На тот месяц, что я проведу тут? — выгибаю бровь.
Иман склоняет голову на бок, будто с усмешкой наблюдая за мной:
— Конечно, — отвечает, улыбаясь.
Из подземного паркинга мы сразу поднимаемся на лифте.
Амаев рассказывает:
— Последний этаж принадлежит мне. Пентхаус разделен на четыре части, в каждой свой отдельный лифт, чтобы никто не мешал.
В это время распахиваются двери лифта, и мы сразу попадаем в апартаменты.
— Вау! — не могу сдержать своего восхищения.
Огромное пространство, по ощущениям, квадратов двести, не меньше. Все поделено на зоны. Панорамные окна, из которых открывается потрясающий вид на мегаполис, бассейн на улице.
— Тебе нравится? — спрашивает Амаев, явно довольный произведенным эффектом.
— Еще бы! — отвечаю восхищенно.
— Прислуга появляется раз в день — наводит порядок, меняет белье. Возле телефона множество буклетов самых лучших ресторанов.
— Иман, не переживай, я разберусь со всем, — улыбаюсь мужчине.
Настроение поднимается — вот это в сказку я попала! Да-а! Самая настоящая сказка.
— Какие планы у тебя на сегодня? — спрашивает меня.
— Я хотела привести себя в порядок после дороги, но теперь даже не знаю, что делать, — тру переносицу. — Наверное, для начала мне нужно поехать в магазин, мне даже переодеться не во что.
— О, не переживай об этом, — отмахивается. — Я позабочусь обо всем, а ты займись собой. Чуть позже тебе принесут одежду и все, что необходимо, а по магазинам отправишься завтра.
Сажусь на диван и вытягиваю перед собой налитые тяжестью ноги.
— Подскажешь мне, куда лучше поехать? И как вызвать такси?
Иман располагается в зоне кухни, садится на стул.
— Никакого такси, — произносит твердо. — Водитель, который нас привез сюда, и автомобиль в твоем распоряжении.
Его номер я тебе пришлю.
— Ого, — поднимаю брови. — А это не слишком?
— Полагаю, у тебя будет много разъездов, а я хочу облегчить жизнь тебе и ребенку.
Закусываю губу.
Меня немного смущает то, что Иман не интересуется нашим сыном. Он ничего, вот вообще ни словечка про него не сказал, не спросил о моем самочувствии.
— Хорошо. Спасибо за все, Иман. Если ты не против, я приму душ.
— Конечно, — он поднимается.
