Ему нужно чувствовать себя сильнее и умнее, – усмехнулся Ярослав.
Автомобиль мягко тронулся с места, постепенно разгоняясь и вписываясь в поток машин. Никому не мешая, и в то же время не уступая своей позиции. Уверенно. Плавно.
– Почему нельзя было поговорить как два нормальных человека? Зачем это противостояние? – заговорила я некоторое время спустя, невольно сравнивая манеру вождения Ярослава с дёрганой и рваной манерой езды своего бывшего. Владиславу и на дороге все были должны… Пропускать, уступать.
– Он ждал, что ты придёшь к нему просить.
А сейчас уже поздно договариваться. – ответил Ярослав, перестраиваясь в другой ряд. – И не упускай из внимания, что Влад явно под воздействием каких-то препаратов. Вот и поднимает муть со дна души.
– Почему со мной он такой подлец, а, расставаясь ранее с Ириной, он был порядочен? Неужели только оттого, что она позволяла ему чувствовать себя рядом с ней главным и решающим? Что за лабильность принципов? С этой я порядочен, а с этой нет! И если бы у него не было ко мне этих всех чувств, то никакие пилюли их бы не сгенерировали! И не отвечай! Это у меня так, мысли вслух! – я положила ладонь сверху на пальцы Ярослава, лежащие на рычаге переключения скоростей.
– Как я попала в такую заварушку? – чуть было не сорвалось у меня с языка, но я сдержалась.
Как, как. Сама своими руками влезла в шкуру мамочки Славика…
– Спасибо, что дал мне ответить самой. Что поддержал меня, но позволил с ним разобраться, – вместо этого, немного помолчав, сказала я Ярославу.
В ответ он молча поцеловал мои пальцы, удерживая их чуть дольше обычного.
Мы ехали вдоль по третьему транспортному кольцу мимо высоток Москва-сити. Стеклянные поверхности футуристических башен отражали огни вечернего города, тут и там добавляя в этот калейдоскоп свой свет. Словно сказочный и далёкий, нереальный для меня мир. Несколько минут, и мы свернули на Косыгина с привычными тенистыми дворами. Ещё немного, и знакомый человейник Мичуринского летит навстречу.
Жизнь многообразна. И мы все разные.
Влад просто был не моим человеком.
Сороковая глава
Какой всё-таки токсичный человек Владислав. Вроде уже разошлись, и у него своя, как он уверяет, счастливая жизнь. Ан нет. Обязательно хочет измазать своим ядом всё, до чего может дотянуться! Выплеснуть свой внутренний мир на окружающих.
И хотя, мы с Ярославом расстались вчера… Даже не знаю, как определить. Наверное, нежно.
Около часа, если не больше, просидели в машине около подъезда. Разговаривали.
