– Дедушка, дедушка! – сердится Ева. – Что, разве не видят, какой ты красивый у меня? Вон, даже Ольга Николаевна в тебя влюбилась, – хохочет она.
Да я и сам это вижу.
Ну, не влюбилась, конечно, тут уж Ева явно преувеличивает, но симпатия есть, однозначно.
Ольга Николаевна это ее репетитор по английскому. Хорошая женщина. Симпатичная, ухоженная, отлично ладит с Евой. Вроде не замужем, как я понял.
Может, на свидание ее пригласить?
Кто знает, возможно, мне тоже суждено встретить старость с приятной женщиной.
Будем сидеть дома у камина, наслаждаться взрослением Евы.
Помню, как об этом всегда мечтала Катя.
И ее мечта в итоге сбылась: она дома с любимым мужчиной, с ней рядом дети, внуки. Все, как она и хотела.
Вот и я к этому пришел…
Да только слишком поздно.
На самом деле больше ничего для счастья и не нужно. Какое там – жениться на моделях? Чем я думал вообще? В жизни главное, чтобы близкие люди были рядом. Чтобы дома был покой и уют.
Жаль, что я понял это, когда потерял семью.
Но как говорится прошлое уже не вернешь и не исправишь, а вот о будущем как раз-таки можно позаботиться.
– Ев, – садимся с ней за столик, – а когда Ольга Николаевна придет? Завтра?
– Ага.
«Значит, завтра нужно что-нибудь заказать на ужин и купить хорошее вино», – думаю я.
– А Наталья Леонидовна послезавтра, – говорит Ева про молодого репетитора, который готовит ее к школе. – Пап, знаешь что? – шепчет она и наклоняется ко мне.
– Ты ей тоже нравишься. Она в комнате твои фотографии разглядывала. Но ты с ней не общайся лучше.
– Почему? – удивленно смотрю на нее.
Ева наклоняется еще ближе.
– Потому что она белочек ест.
– Белочек?
– Ага, – кивает дочь. – Помнишь, когда я у нее дома занималась? Так вот у нее на холодильнике висела бумажка, на которой было написано, что она ест. Она ест белок, папа! – в шоке смотрит на меня Ева. – Как можно есть белок? Они же пушистые, хорошие, добрые, а она их ест!
Я смеюсь на все кафе.
– Ев, это не про белочек. А про белОк.
Объясняю ей что такое белок, и пока она ест мороженое, думаю:
«Да нет, Наталья Леонидовна меня не интересует. Я вижу, как она стреляет глазками и улыбается мне, но, простите, дамочка, с молодыми я больше не связываюсь. Упаси бог! А вот англичанка очень даже ничего. Сколько ей? Сорок девять? Ну и отлично. Посмотрим, что из этого выйдет»."
