Развод в 47. Я тебя никогда не любил

Поднимаемся на третий этаж. Парень открывает дверь. Она не заперта.

— Вот ключи, — кладет на тумбу.

Застываю в маленьком, тесном коридорчике.

Конура… единственное слово, которое приходит на ум.

Из коридора сразу открывается вид на крохотную комнатку. Все чисто, блекло и убого.

За двадцать лет семейной жизни я заслужила будку…

— Добрый день, Ольга Петровна, — раздается из кухни.

— Я пойду, — опускает голову водитель.

— Угу…

Сама же я иду на звук голоса.

За столом маленькой, тесной кухоньки сидит адвокат мужа.

Влад все просчитал, подготовился, чтобы как можно скорее от меня избавиться.

— Будку я оценила. Какие еще «щедрые» предложения меня ожидают от супруга? — интересуюсь с едкой ухмылкой.

Глава 8

— Ну что вы так, будка, — поджимает губы адвокат. — Квартира в престижном районе. Это почти центр. Владислав Андреевич тщательно подбирал ее для вас. Вот кстати документы, — двигает по столу тоненькую папку.

— Квартира мне не подходит. Я тут не останусь. Что еще?

— Она в вашей собственности вы ее можете продать.

Также вам останется машина, подаренная супругом, Владислав Андреевич выплатит вашу часть за дом по рыночной стоимости. А также, — делает паузу, будто собирается мне сообщить, что я выиграла джекпот, — Вам будет назначено ежемесячное содержание. Если возникнут непредвиденные расходы, то вы должны будете связаться с Владиславом Андреевичем, если он сочтет их целесообразными, то выделит дополнительную сумму. Так же он берет на себя обязательство, опаливать вам отпуск раз в год, в страну и место, которое сам выберет. Но в случае вашего возможного брака все выплаты прекратятся. Это надо учесть.

— Подождите, сейчас расплачусь, — всплескиваю руками, — Мой муж поселил меня в конуру, и собирается держать на поводке?

— Ольга Петровна, это очень щедрое предложение, учитывая, что на бизнес вы претендовать не можете. Квартиры были куплены в подарок вашим дочерям.

— А счета в банках?

— У Владислава Андреевича на данный момент практически ничего на счетах нет. А то, что на балансе фирмы, принадлежит его отцу, — маленькие глазки адвоката бегают взад и вперед, на мне не останавливаются.

— Я поняла, он подготовился.

Влад был против моей работы. Вначале об этом не могло быть и речи. Я сутками нужна была девочкам. Потом, когда кризис миновал, они подросли, Влад говорил, что он мужчина, он обеспечит, а мне надо беречь домашний очаг. Он так просил меня остаться дома, что я, переломав себя согласилась. Хоть мне безумно хотелось работать.