Взрослую и того внутреннего ребенка, что до сих пор живет внутри меня, неся всю боль и обиды сквозь года.
— Ангелок, все будет хорошо. Ты еще будешь блистать на соревнованиях.
— Не буду, — она проявляет свой характер, выкрикивает сквозь зубы, — Будет эта тупая Истомина. Ее взяли вместо меня, мама…
Она держится. И снова заходится в рыданиях.
Я впервые за последнее время откидываю все свои обиды на мужа в сторону, оборачиваюсь к нему. Молю его о помощи одними глазами.
Он собирается с духом, вижу, что сам еле держится.
Будь его воля, набил бы уже морды всем в спортивном центре, но не может. Ни статус, ни положение не позволяют.
— Котенок, — он подходит ближе, — Скажи нам, что сделать, чтобы тебе стало легче? Может, как раньше? В парк? Сладкая вата, покормим кроликов…
— Не хочу, — она капризничает и имеет на это полное право.
— Скажи, что хочешь! — с надрывом прошу ее.
Готова на все ради нее. Ради меня никто не мог, а я могу ради нее.
— Хочу… — она хлюпает носом. Ведет своими заплаканными глазами от меня к Марату и обратно, — Хочу, чтобы вы помирились и все стало как прежде.
Застываю на месте. Чувствую спиной, что Марат тоже напрягается.
Ладно. Видимо я не на все готова ради своего ребенка, как я ошибочно полагала еще минуту назад.
Глава 17
Слова дочери все еще отдаются эхом в голове. Все бумаги уже подписаны, и я поскорее хочу увести свою девочку домой.
— Ты можешь ехать. — бросаю рядом сидящему Марату.
— Я отвезу вас. — озвучивает он устало потирая лицо: — Дарин, ты слышала Арину и с того момента сидишь, как в рот воды набрала.
Глубоко вдыхаю, оборачиваясь на него.
— Да, это будет сложный разговор с ребенком. — качаю головой: — Но, Марат, даже это не изменит моего решения.
Он опускает голову, сжимая губы.
— Ты ведь можешь выслушать?
— Я не хочу. Пойми ты уже, не хочу. — вскидываю брови в удивлении: — Ты уничтожил все. Вообще все. — чувствую как начинаю заводиться: — Невозможно даже придумать хотя бы одну причину для сохранения этой семьи.
— То есть не любишь меня, так? — посылает взгляд, всматриваясь в мое лицо.
А я прямо чувствую, как организм снова подводит. Судорожно открываю бутылку воды, и делаю глоток.
— Господи…ну хватит уже! Одно и тоже! — заплетаю волосы в хвост, потому что становится жутко душно: — Я не знаю, что я чувствую к тебе. — устало отвечаю правдой: — Кроме разочарования и омерзения, Марат, будто не осталось ничего.
Слышу, как он усмехается и кивает.
